Дюн вернулся с голубым свёртков в руках и быстрым шагом исчез в шатёр. Рыцари заерзали, но на этот раз офицер не заставил себя долго ждать. Он вышел спустя всего минуту. Свертка уже не было, зато появилась вчерашняя беглянка теперь в новом голубом платье. Платье было рассчитано на ребёнка и смотрелась бы очень целомудренно, будь она на год младше и немного пониже.

Но это было не так. Платье доходило беглянке только до коленок и сжимало всё её тело, облегая рёбра и грудь.

И всё же сейчас на неё никто не засматривался. Она была какой-то грустной, раздражённой, её кожа была гусиной…

Мужчина увёл беглянку. Рыцари постояли и пошли собирать шатёр. Вдруг вышел ещё кто-то, неизвестный. Он потирал на своей лысой голове голубую шишку. Мужчина поворчал и скрылся на холме.

**********

Лошади хлестали копытами по мокрой, расчёсанной ветром траве. В ней мелькала скользкая земля. Шли поэтому не быстро.

Но день продолжался, тучи отступали, на горизонте всё выше и ближе протягивалось чистое голубое небо, и уже к полудню стало слепить солнце. Вместе с погодой от затяжного дрёма очнулись лошади, они приподняли морды и ускорились.

Рыцари чувствовали смесь тревоги и предвкушения. Город должен был быть уже совсем близко. Да вот же он.

За гребнем очередного холма выросли белокаменные стены, замыкавшие семь дорог. Тысячи белых домиков протянулись широко и свободно. Стены были низкими, немногим выше зданий, и стоило их заметить, как сразу в голове появлялись картины, как дети забираются на эти стены и свешивают ноги.

Воины остановились, присмотрелись и начали вспоминать.

Многие из них имели в этих местах родовые поместья. Многие провели в здесь детство, медовый месяц, славный отдых.

Векта была самым желанным городом чтобы в нём поселиться. Только здесь люди не выживали, а именно жили, и, если бы не древние традиции, не разумный страх, разместивший королевский двор в горах, то столица была бы именно тут.

Особенно часто Векту навещали люди герцога. Их усадьбы лежали неподалёку, а в двух днях пути была вотчина их покойного сюзерена.

Вспомнили Афера — тело его везли в конце строя, в отдельном вагоне — и сразу воинам захотелось проводить его домой и похоронить.

Но желание это вскоре притупилось; солдатами овладела неясная тревога. Что-то здесь было не так.

Рыцари ещё раз пригляделись к Векте и поняли, город пустовал. На улицах не копошился народ, дороги, ведущие к воротам, запустели. Золотистые поля вокруг были недоношенными, и долина поэтому напоминали недостриженную овцу.

Пока воины размышляли и волновались, заскрипели вдруг колёса и подъехала карета. На ней восседали его Величество.

“Они установили комендантский час”. Произнёс юноша, указывая на город.

“Патрулируют улицы”.

И действительно, по широким дорожкам двигались блестящие точки. Но они очень далеко. Как это юноша распознал в них эльфийский патруль?

Никто не спрашивал, ему поверили. Войско стало спускаться с особенно крутого холма. Кучер, заправлявший фиолетовой каретой, весь напрягся и старался съезжать как можно более медленно и аккуратно, чтобы не сбросить короля.

Две дороги вели в город, одна широкая, другая поменьше. Вторую украшали цветы и пышная декоративная зелень. Это были сады и поместья зажиточных горожан и бедных дворян, которые обрамлял невысокий заборчик.

Не были ни души. Жители явно сбежали отсюда в спешке. Двери были распахнуты, в садах попадались столики с полупустыми бутылками и привязанные туши собак, над которыми роились мухи. Страшно было проезжать мимо жизни, затихшей на полуслове.

Молчание угнетало воинов, они были на нервах, и потому, когда оглушительно запищала дудочка, многие ужаснулись и выхватили мечи. Но затем постепенно успокоились и обернулись. В самом сердце войска, где тащили обозы — на одном из которых сидело тельце в голубом — юноша с толстыми красными губами дул в золотую дудку. Когда он выдавил свой мотивчик, Дюн похлопал парня по плечу и одобрительно кивнул: пусть продолжает. И юноша продолжил.

Его мотив подхватил барабанщик, а за ним и прочие музыканты.

Загремел марш, у рыцарей сами собой выпрямлюсь спины, и так высоко, что воины чуть не упали. Взмыли знамёна. Десятки оленей прыгали через реки, над ними сияли звёзды на красно-голубых небесах — герб правящей династии.

Армия воодушевилась, Дюн довольно кивнул. Эльфийка рядом пару секунд смотрела на его лёгкую улыбку, а затем фыркнула.

Но тут над войском протянулась тень, огромная, словно от облака, и боевой дух угас.