Рыцари у стен заметили растущее облако пыли. Дюн поспешил собрать всех в строй и приказал готовиться к бою. Но затем ворота отварились и вышел король. За ним бежал целый базар. Люди радостно кричали, падали на колени, подносили свои подарки. Они пронзили серебристое войско лучше любой кавалерии.

Дюн кричал туда-сюда приказы, силясь сохранить подобие дисциплины. Войска таяли в сумбурности. Альфия с жестокой улыбкой наблюдала за его возней.

Артур уже давно вернулся в свой шатёр на холме. Юноша смотрел на лимон. На него пытался взобраться цыплёнок.

“Хм…” Артур закрыл глаза и пару секунд сидел неподвижно. Затем он сказал:

“Лезвие”.

Арка поднесла ему кухонный нож.

Цыплёнок победно встал на лимоне, посмотрел на лезвие, поглядел вокруг и понял, что родни не осталось. Вдруг он ринулся на землю и цепляясь за неё лапками выбежал из шатра.

Юноша посмотрел на свою служанку.

“Он костлявый”.

Объяснила девушка. Она уже собиралась отправиться на поиски новой курицы, благо теперь её было в достатке, как вдруг цыплёнок вернулся. Он вёл за собой желтый строй сородичей. Цыплёнок пискнул, остановил марш, и запрыгнул служанке на носок.

Девушка посмотрела на своего мастера.

Он покачал головой.

Некоторые вещи были необъяснимы.

Арка усадила цыплёнка себе на плечо и присела за стол. Артур готовил сам. Она наблюдала. Её лицо было совершенно непоколебимо. Любой знакомый с кухней человек очень бы этому удивился.

Всегда больно смотреть, как переводят еду.

Через два часа стемнело и Артур смирился. Он взмахнул рукой и стоявшая перед ним бесформенная угольная масса, залитая чем-то желтым, похожим на гной, вспыхнула и растаяла. Артур вернул нож Арке, а сам сел.

Спустя полчаса ему подали цыплёнка с лимоном. Юноша вдохнул жаренный аромат. В голове Артура действовали химические реакции памяти.

В детских ручках Эрхана лежал иссохший, поросший плесенью лимон. Метель билась в дверь небольшой лачужки. Мальчик обшаривал её в поисках съестного вместе со своим напарником. А вот и он.

Мужчина в длинной меховой куртке перестал ерзать по земле и выпрямил спину. Его одёжки были рваные, в разных местах, но их было много, и потому из них вместе получалось целое пальто. Он вытянул из дыры в полу тушу цыплёнка, рваную и с налипшей чёрной шерстью.

“Мелкий, у нас сегодня будет ужин”.

Сказал мужчина, как всегда с улыбкой.

Вместе они разломали стол и развели костёр. Мужчина как-то натёр деревяшки, что сперва повалил дым, а потом зашипели красные искры. Эрхан сперва следил за ритмичными движениями его рук, но голод и усталость сдавили мальчику веки. И лишь когда в его онемевший и треснувший от холода нос повалил сладкий тёплый пар, Артур пришёл в себя.

Он отрезал себе кусочек мяса, съел и отодвинул блюдо.

“Неплохо”.

Больше юноша к нему не притрагивался. Арка взяла тарелку и скинула цыплёнка в деревянное ведро, где покоились его сырые и сгоревшие предшественники.

Стена шатра всколыхнулась. Артур вышел.

Девушка проводила его взглядом и присела, скрестив ноги. Она закрыла глаза. Цыплёнок улучил момент и вскочил ей на голову.

Ночь была неветряная. В основании холма всё затихло. Даже караульные беззвучно шагали между огнями, словно муравьи. Дюну стоило больших усилий успокоить солдат и спровадить гостей. Артур подумал, что он довольно полезен.

Юноша знал, что уже скоро мужчина прибежит к нему с просьбой. Примерно через час. Стараясь занять себя до этого времени, Артур взглянул на небо.

Затем юноша посмотрел на карету. Она стояла у шатра, освещённая сбоку. Внутри кареты, в заднем отделении, лежал труп эльфа. Артур уже достиг пика первого ранга и в любой момент мог из ученика стать подмастерья. Ему требовалось только завершить внутреннюю алхимию, однако процесс этот был продолжительным, минимум на час, это раз, и во время него маг всегда беззащитен, это два. Лучше было оставить его на потом.

Вполне вероятно, что эльф, Юный кто-то там, пошлёт за магом убийц. Артур понимал, что разозлил его возможно слишком сильно.

Поэтому юноша решил повременить с поглощением столетней души. Подготовиться. В этом, всегда готовиться, было третье правило мага — забавно, но его Артур выучил первым.

И снова прошлое замелькало у него перед глазами. Звёзды расплываются и напоминают о себе тех давних лет. Артур вспомнил ночь, когда встретил свою единственную любовь.

Что ж память, юноша вздохнул, говори…