— Мы перешли границы допустимого. Прости, — повинно прикрываю глаза я.

— Почему мы? Ты, — припечатывает меня босс сестры. — Таня при всём её уме никогда бы не додумалась до такого, а если бы и додумалась, то не решилась.

— Хорошо. Я, — добавляю во взгляд запредельную дозу раскаяния, покладисто соглашаясь.

— Да, — удовлетворённо принимает мой ответ Рослов, и сразу же продолжает: — Поэтому мы повторим НАШЕ знакомство. Сейчас.

Лифт останавливается. Дверь открывается. Несколько секунд, и мы уже стоим у стойки охраны.

Коридор и огромная рабочая зона совершенно пусты и лишь слегка подсвечены тёплым тусклым светом системы сигнализации.

— Первый раз среагировал не на тебя, — рука Михаила ложится на мой живот, почти невесомо, без явного прикосновения, но жар, который исходит от его ладони мгновенно передается моей коже, сначала лишь занимающимся теплом, но с каждой последующей секундой набирающей силу настоящего, сокрушительного пожара.

Отступаю назад, чтобы разорвать наш контакт, но это оказывает совершенно противоположный эффект — вторая рука босса не оставляет мне шанса, замыкаясь с первой и одним плавным движением вдавливая меня в него.

— Среагировал на практикантку, — продолжает Михаил делиться воспоминаниями уже мне на ухо, позволяя почувствовать и своё нарастающее возбуждение. — Она смотрела на тебя с ненавистью, к Тане всегда относились снисходительно-равнодушно. А здесь чуть ли не искры из глаз и твоя попа.

Закатываю глаза, с усилием выдыхая, потому что рука Рослова, следуя новому указанию в один миг шлёпает мою ягодицу.

— Ты не мог её заметить! — вомущаюсь я. — Я специально выбирала юбку!

— И выглядела в ней так, что никаких желаний кроме как задрать её до пояса и… — голос Михаила становится глуше, — в голове просто не осталось. Причем не только у меня… — с праведным укором его рука продолжает лапать мою попу. — Хотел вышвырнуть Дмитрия с работы, но как только разобрался, понял, что он-то как раз проявил профессиональную бдительность и сразу догадался, что что-то изменилось.

— Ты хочешь сказать, что я выгляжу доступнее?

— А ты доступнее? — подкалывает он меня.

— Вообще-то, у меня есть парень, — зачем-то с дуру лепечу я.

— Нет, — разворачивает Михаил меня к себе лицом.

— Что нет?

Обе его руки в одно мгновение ложатся мне на скулы, заставляя максимально приблизиться и принять:

— Теперь у тебя есть я.

— Да?!! — охреневаю я от очередной его наглости.

— Да, будешь отрабатывать нанесенный мне моральный ущерб.

— Конечно, разбежа…

Поцелуй — стремительный, напористый, вытягивающий из меня все силы к сопротивлению.

Да что он себе позволяет?!!

А позволяет господин Рослов себе многое.

Я почти моментально оказываюсь у него на руках, движение, направление которого я затрудняюсь определить, так как поцелуй все длится и длится, захватывая и уже не требуя, уговаривая присоединиться.

Боже, какой же он невероятный, вопит моё тело!

“Отрабатывать ущерб” напоминает мозг!

Ишь ты! Пострадавший!

— Насть, ты в своем море, совсем оторвалась от реальности, — отпускает мои губы Миша, и опускает мою пятую точку на прохладную поверхность… своего стола. — Буду тебя заземлять, — полыхающий взгляд с искрами безумия, сканирующий моё лицо и тут же спускающийся на грудь.

— Заземлять?!!

— Тебе нужна крепкая рука, которая удержит, — поясняет этот властный герой, резво заваливая меня на стол и не позволяя подняться при помощи той самой крепкой руки.

— Рослов, отпусти меня! — выкрикиваю своё требование, и снова получаю ответ, прилетающий прямо мне в губы:

— Не могу, Насть, сводишь с ума… Уже свела.

А дальше он несколько раз пальцами рисует знак бесконечности по моей моей груди, бессовестно цепляя едва прикрытые тканью соски.

Каждый его заход на очередной виток этой безумной трассы вынуждает делать всё более и более глубокие вдохи, чтобы сдержаться и не начать просить полного контакта.

Не дождется!

И он не дожидается, легко сдвигая ярко-синюю ткань в стороны, окончательно обнажая грудь.

— На-а-астя…

Жёсткое давление языка на сосок и следом такой же засос и ласки уже зубами.

Нет-нет-нет, выгибает меня от скрывающего крышу желания., вынуждая приподниматься за ним уже на лопатках.

И все тоже самое он повторяет со второй грудью, оставляя меня практически без сознания.

— Останешься со мной? — тихий вопрос на одном дыхании и освежающая волна воздуха от подброшенной вверх юбки.

Круговое вращение рукой по животу, две ловкие манипуляции с моими бедрами и я остаюсь без трусиков. Обжигающая ладонь накрывает лобок, одновременно проскальзывая ниже средним пальцем.