И если у Зверя была пугающая репутация, но привлекательная внешность, то его брат пугал во всех отношениях. Я оробела, когда увидела его впервые. И еще долго чувствовала себя скованно. А впервые, в машине Кирилла, я даже пошевелиться боялась. Съежилась, вжалась в сидение и пристально смотрела. Точь-в-точь дикий зверек в клетке-ловушке.

Не такой уж он и страшный оказался. И выглядел не экзотично, но броско. Не особо красивый, но привлекательный — той мужской красотой, которую привычнее видеть в армии, чем где-то еще. Неподвижные губы улыбались редко, но как же я ценила его улыбку! Чем реже, тем дороже.

Я вытерла лицо бумажным полотенцем, решила, что я в норме и приоткрыла дверь.

Из коридора доносился голос Руслана: он рычал на Кира, спрашивая, почему тот в кабинете один и где носит Оливию.

— Я здесь! — крикнула я, открывая дверь шире. — Привет, дорогой.

Беды похожи на миндаль.

Жизнь вообще любит сюрпризы — раскусываешь, а там горько. Вот и с неприятностями так. Ты их не ждешь, они находят тебя сами. Сейчас у Руслана было такое лицо, словно он раскусил что-то горькое.

Наверное, и у меня тоже.

Мы смотрели друг на друга, как смотрят бывшие, которые плохо расстались, но продолжают любить.

Раньше толком я и не знала, что такое любовь.

Не ощущала ее.

Любовь к маме казалась чем-то естественным, а любовь к мужчине — нет. Перед глазами не было примера пары, где я действительно видела бы чувства, а не долг, необходимость или безвыходность.

Думаю, из-за того, что видела я таких как отчим, муж тети или парни подруг. Эти экземпляры вызывали рвотный рефлекс. При одной мысли, что в моем доме заведется подобный тип, становилось страшно.

Мальчики были другими. С ними я поняла, что любовь может быть.

Так что легко говорить «прощай», когда терять нечего.

Трудно сказать тем, кто изменил твою жизнь. Без них она стала серой, но с ними я больше не могла быть. Настолько, что хотелось вырвать из груди сердце и раздавить к черту.

Расстояние позволило дышать свободно. Передышка была мне нужна, как целебный воздух. Было приятно их вспоминать — да. Иногда, я смотрела в потолок и улыбалась. Перед мысленным взором вставали картины из прошлой жизни, где мы вместе.

Спасибо им за это, но я ушла, и не хотела возвращаться. Каждая встреча резала ножом по живому.

— Оливия, — Руслан оценил меня сверху донизу, на лице не дрогнул даже мускул. — Входи, — он приоткрыл дверь.

Я вздохнула и вошла в кабинет. Кирилл встретил меня улыбкой — ему нравилось, что удалось меня смутить. Руслан вошел следом и захлопнул дверь.

Я остановилась между ними — Кирилл за столом, Руслан у выхода. Он сложил руки на груди и замер неподвижно, пристально рассматривая меня взглядом убийцы.

— Что случилось? — мой голос остался уверенным.

Я чувствовала себя в безопасности с ними. Несмотря ни на что.

— Оливия, — Руслан взглянул Кира, словно обменивался с ним репликами мысленно. — У нас к тебе просьба… Выслушай, любимая.

Они выглядели такими серьезными… Пристально смотрели на меня — ждали, что решу я. Сами они, похоже, уже приняли какое-то трудное решение.

— Сначала выслушаем ее, — предложил Кирилл. — Вдруг у нее есть просьбы. Фасолька, тебе что-нибудь нужно?

Я повернулась к Руслану. Как ни крути, а в тандеме он главный.

— Чтобы больше не трогали сестру, — я вновь взглянула на Кира. — Больше ничего. Что случилось, мальчики?

Сердце болело от предчувствий. Они все еще были мне дороги.

— Побудь с нами недолго, — Руслан начал прятать глаза. — Не больше двух недель. Потом уйдешь, если захочешь.

Он говорил ровно, без эмоций. Кажется, он тоже зачерствел, как и я, кто знает.

— Зачем?

Я попеременно смотрела на них, но лица были непроницаемы. У Кира разве что слегка повеселей, но в его случае это маска за которой он прячется. В глубине души он безумец.

Они вновь переглянулись. Не было времени обсудить этот разговор без меня?

— В чем дело? — я упрямо сложила на груди руки. — Руслан, прости, если не хочешь отвечать, я пойду.

— Нет, — отрезал он. — Всего две недели в «Авалоне». Мы тебе дадим денег, Оливия… Что захочешь.

— Денег? — быстро спросила я. — Ты сейчас серьезно? Просто заплатишь мне?

— Не начинай…

— А я догадалась, что вам нужно, — мне хотелось ударить его по живому, как только что он «ударил» меня. — Догадалась. Через две недели середина октября, отчетный период. Учитывая прошлую встречу, на которой у тебя требовали инвестиции, дело в деньгах, да, дорогие?