Тем летом он даже ухаживал за Ритой. Не так, как Серёжа. Он не дарил шикарных букетов, не был красивым и взрослым, не настаивал на близости, не говорил, чего ждёт от неё, а сама Рита не понимала – что делать, как себя вести. Она привыкла уступать обстоятельствам, следовать за чужими желаниями, потому что не всегда понимала свои, а когда понимала, они оказывались никчёмными и глупыми, точно не стоящими внимания.

Тем же летом Серёжа сломил её – быстро, стремительно, несмотря на её злость и крики, игнорируя неприятие и чудовищную обиду. Если бы Рита задумалась хотя бы на минуту, чего она хочет на самом деле, она бы точно не захотела остаться с человеком, переспавшим с общей знакомой. И пусть всё произошло случайно, не имело значения для участников процесса и, впоследствии, для всего окружения, это оказалось важным для Риты.

Каждый, кто смотрел на Риту, оправдывал Серёжу, мысленно говоря: «Правильно сделал. Поступи так ещё раз». И он поступит, непременно, Рита не заслуживает другого отношения. И любой другой поступит так же. В этом она была уверена точно так же, как в своём имени.

Потом всё закрутилось слишком быстро. Настойчивость мамы, шикарная свадьба, и Рита в дорогом, вычурном свадебном платье, как с чужого плеча, хотя сидело оно идеально. Покупка квартиры, обустройство быта, обязанности молодой жены, желание во что бы то ни стало нравиться мужу, удержать его, сжать в объятиях и не отпускать никогда в жизни. Бесконечный стыд несоответствия, который только рос день ото дня.

Зачем она переспала с Олегом прошлым летом? Рита не знала. Она была слишком расстроена и зла, чтобы понять это, а переспав, слишком испугана. Тогда она убежала почти сразу, вырвавшись из объятий Олега, не дожидаясь, пока он уснёт или выгонит её сам – бесстыжую, безнравственную и непривлекательную.

И прошлой ночью она не поняла, почему поступила так же. Ведь она любит мужа, он сказал «нет» Юлии Павловне, она слышала это своими ушами…

Рита спрятала лицо в ладонях, происходящее было слишком непонятным и не вписывалось в картину мира. Всё потому, что она слишком глупа и неприспособлена к жизни, права мама. Без мужа, Серёжи, она пропадёт и уж точно не справится без мамы.

– Ты когда-нибудь чувствовала себя девочкой по вызову? – вдруг спросил Олег.

Рита в недоумении посмотрела на собеседника. О чём он? Она – девочка по вызову? Впрочем, а как её ещё назвать? Это Олег ещё выбрал выражение, любой другой назвал бы иначе.

– А я почувствовал, - продолжил Олег. – Сегодняшней ночью! И год назад, почти в это же время – тоже. Ты вырвалась, сиганула, будто у тебя пятки горели. Я настолько ужасен?

– Нет, - Рита покачала головой.

Олег не был ужасен, у Риты почти не было опыта, только Серёжа и… Всего два раза с Евсеевым, они не были лучше или хуже опыта с Серёжей, это было совсем по-другому. Рита не думала о том, как она выглядит, не сомневалась в себе бесконечно, не старалась во что бы то ни стало угодить, понравиться, казаться лучше, чем она есть на самом деле.

– Тогда в чём дело? Я всё понимаю, правда, понимаю. У тебя муж, любовь...

– А у тебя нет любви?
– вскинулась Рита.

Она своими глазами видела студентку из Новосибирска, худышку со спортивной фигуркой. Должно быть, розовый ей к лицу. И Лиза. Была ещё Лиза. Его первая любовь – та, из-за которой он не женится никогда в жизни, та, что вышла за его родного брата и уже родила двоих детей.

– Лиза - не твоя любовь?

– Какая Лиза?
– Олег свёл брови, словно решал непосильную задачу.
– Лиза?! Лизка Антипова? Она-то здесь причём?

– Она – твоя единственная любовь, все говорили у тебя дома. Ты на её свадьбе напился и больше не приезжал домой, с нами – впервые после того раза.

– Глупости говорят, мы учились в одном классе и дружили. У нас в классе было восемь человек, мы все дружили. Лизка смешная была и чертовски умная. Не голова, а энциклопедия! Я после девятого класса ушёл из школы. Смысл там торчать? Всё равно в институт не собирался, а она хотела. Все были уверены – кто-кто, а Лиза поступит, не останется дома, - Олег не улыбался, когда рассказывал.
– А она замуж вышла, прямо со школьной скамьи, тёпленькая ещё, - желваки на лице Олега напряглись на мгновение, но Рита увидела.
– Родила почти сразу, потом ещё родила, теперь третьего хочет. Ты читала трилогию «Горменгаст» Мервина Пика?
– переход был настолько резкий, что Рита растерялась.

– Нет.

– Я прочитал на днях, так себе книжки. А Лизка читала в девятом классе, всё понимала, мне взахлёб рассказывала, а теперь весь её интерес – цвет какашек младенцев. Всё! Знаешь, как она это называет? «Осознанное материнство». Осознанное, мать его, материнство, а не какой-то Мервин Пик и сюрреалистическое творчество. Нет, я не люблю Лизу как девушку, женщину, не она моя «единственная любовь», но я злюсь на неё за то, что она сделала с собой! За то, что она превратилась в это...

– Во что?
– Рита не до конца понимала Олега.

Лиза - молодая, симпатичная, счастлива в браке, во всяком случае, так кажется, довольная мама здоровых детей. Да, в представлении Риты – очень сомнительное счастье, но каждому своё.

– Она – как самка богомола! Думает только об оплодотворении. Знаешь, в чём разница? Сожрут в итоге её! Моя мать сожрала отца, ты видела моего отца?

– Видела, - Рита растерялась. Отца Олега она видела, но не запомнила, он сливался с интерьером, пейзажем, а вокруг было настолько много детей, что голова шла кругом.
– Я не очень хорошо запомнила его, извини.