Олег обнимал Риту за плечи, иногда его руки скользили по рукам, плечам, пояснице, губы отрывались от губ, чтобы неспешно пройтись по щекам, ключицам, и снова возвращались к остро чувствующим губам. Им словно некуда было спешить, до утра оставалось три вечности, и было ещё три в запасе.

– Иди, - хрипловато прошептал Олег и открыл дверь ключом, потому что у Риты тряслись руки. – Иди. Спокойной ночи.

– Спокойной, - она сделала шаг за дверь, двигаясь спиной, не отрывая взгляда от Красавы, всё ещё ощущая пальцами, насколько мягкие и густые у него волосы. Тактильная память. Чувствуя запах карамели, кажется, она тоже теперь выдыхала её и еле слышный аромат геля для душа… Она пропиталась им.

Олег подмигнул, Рита сделала ещё несколько шагов назад, и он закрыл дверь. В недоумении Рита смотрела на полотно двери, как на бетонную стену между ней и воздухом, и ей требовалось туда, на воздух, к звёздам, к карамели и неизвестному парфюму, к жгучему и неспешному желанию, растекающемуся по телу волнами.

Обернулась, растерянно находя себя в собственной комнате. Олег был прав, закрывая дверь. Здесь она жила с Серёжей, спала с ним, ела, здесь остались его вещи, сюда он вернётся очень скоро. Он – её муж…

Она толкнула дверь в неясном порыве. Бежать за ушедшим Красавой не стоит, заводить в комнату тем более. Нужно было раздеться и лечь в холодную постель, переспать со всем, что произошло, подумать, а правильней всего – забыть. У Риты есть муж!

Олег стоял напротив входа в комнату, подпирая стену, скрестив ноги, а руки пряча в карманы. Стоял и смотрел на Риту, как до этого, видимо, смотрел на дверь. Он прикусывал нижнюю губу и посмотрел в глаза, давая понять, что он не зайдёт, не переступит порог. Черту.

Рита врезалась в твёрдое мужское тело с разгона, обняла за плечи, чувствуя ладонями напряжённый рельеф мышц, и потянулась к губам, с упоением съедая карамель. Одно движение, всего лишь одно, и уже Рита стояла у стены, а Олег нависал над ней, закрывая собой свет от ламп. Он прижал её, сильно, втиснул в себя, Рита задохнулась от жара, исходившего от сильного тела, почувствовала животом всю силу возбуждения Олега, будто каменное. Как он смог в таком состоянии закрыть дверь?..

Руки Риты огладили плечи Олега, спину, прошлись по пояснице и остановились на животе, дёрнув футболку наверх, тут же ныряя под ткань, чтобы почувствовать электрический разряд между пальцами и оголённой кожей. На груди было немного волосков, они мягкие, почти незаметные, а ниже становились жёстче и прятались за пояс шорт с одной-единственной пуговицей и молнией. Рита с лёгкостью справилась с задачей. Горячая мужская, немного шершавая ладонь на попе, под тканью сарафана, слегка сжавшая, заставила Риту заскулить, а такая же на груди – задохнуться.

Упоительное, головокружительное возбуждение накрыло Риту с головой. Она ощущала всё во сто крат сильнее, дышала этим, наслаждалась. Чувствительным стало всё тело, от корней волос до мизинцев ног. Рита с ума сходила от дурманящего, томящего ощущения горячего желания, разлившегося по всему телу, сердцу и даже душе.

Оно отпускало медленно и так же тягуче. После тысячного поцелуя, Олег потянул руку Риты, едва заметно морщась, дёрнул молнию, пуговицу проигнорировал.

– Рита, иди, - тяжело проговорил. – Пожалуйста. Я не хочу заниматься с тобой любовью здесь, - он оглядел коридор мученическим взглядом.

– Ладно, - сжала ладошку, та ещё горела. Оторвалась от Красавы и прошла несколько шагов к двери. Обернулась.

Олег уже стоял лицом к ней, рядом с той же стеной. Он кивнул, показывая, чтобы Рита вошла в комнату, она послушалась и стала медленно закрывать дверь, не отводя взгляда от Красавы. Он сделал несколько шагов, развернулся и быстрым шагом направился на выход. Когда Рита захлопнула дверь, Олег переступил порог.

В окне брезжил рассвет. Рита упала на кровать и широко улыбнулась, так широко, что стало больно скулам. Кажется, уснула она с той же улыбкой и всё ещё покалывающим ощущением на кончиках пальцев.

Рита была уверена, что не пойдёт на завтрак, но, на удивление, ей хватило несколько часов сна, чтобы почувствовать себя бодрой и счастливой. Острое чувство, колкое и головокружительное. Рита купалась в нём, как в молочной речке с кисельными берегами, не позволяя ни единому сомнению пробраться в мысли, нежась в зыби собственного удовольствия.

На завтраке присутствовало несколько человек. Рита с завидным аппетитом съела кашу и раздумывала, попросить ли добавки, удивляя самую себя аппетитом.

– Здравствуйте!
– произнёс какой-то ребёнок, оказалось – Алёша.

– Здравствуй, - Рита улыбнулась.

– А мы сегодня на море поедем, - похвастался мальчик, ожидая восхищения.

Рита восхитилась, ей вовсе не жалко порадовать шестилетнего малыша.

– Алёша, - подошедшая Юлия оглядела Риту, поджала губы, фыркнула, взяла за руку сына.
– Не отвлекай Маргариту Ивановну, у неё дела.

– Ничего, - Рита улыбнулась Алёше.
– Не так и много у меня сегодня дел.

– Только одно, - Юлия криво улыбнулась.
– Симпатичное, молодое тело, то есть, дело.