– Чего ты хочешь?

– А ты?

– Я первая спросила.

– Хорошо, - Олег помолчал.
– Хочу знать, почему ты выбрала его?

– Я...
– а Рита не знала, что ответить. Она выбора не делала, всё решили без неё – поставили как куклу, в свадебное платье нарядили, только забыли сказать, что кукольную посудку заменит реальная жизнь с Юлиями Павловнами всех мастей, и особенно Красавой.

– Почему? Ещё тем летом.

– Не знаю, я не знаю, он настойчивый был... его было много! Сразу и много!

– Ясно, - усмехнулся Олег.
– А я не рискнул, - ещё раз усмехнулся.

– Это ничего бы не решило.

– Решило, иначе бы тебя не было здесь, рядом со мной. Доли секунды имеют значение, небольшая заминка, одно сомнение - и ты проигравший. Нокаут.

– Нокаут?

– Да, - твёрдо проговорил Евсеев.
– И знаешь, оказалось, я не умею проигрывать.

– Поэтому ты?..
– Рита вздрогнула, голова закружилась, темнота перед глазами качнулась.

Прошлым летом ей показалось, Серёжа слишком откровенно флиртует с одной из отдыхающих. Это длилось несколько недель. Высокая тощая блондинка крутилась рядом, вертелась, как уж на сковороде, постоянно попадалась на глаза, даже там, где её быть не могло, кокетничала напропалую.

Марат сказал, думая, что рядом нет Риты: «Легче её трахнуть, не отстанет», а Серёжа ответил «Точно, так и сделаю». Не отказался, не развернулся на сто восемьдесят градусов от собеседника, не возразил, даже не отшутился, а ответил «так и сделаю».

Рита не помнила, как дошла тогда до седьмого домика, только растерянное лицо Олега, а потом горячее, влажное дыхание и собственное сладко-горькое удовольствие. Рита не гордилась своим поступком. Убедила себя – всё неправда, ерунда, за которую бесконечно стыдно, но уже не исправить.

Выходит, он тогда не просто воспользовался ситуацией, а выиграл у соперника. Реванш. А она - трофей.

«И знаешь, оказалось, я не умею проигрывать».

«Не умею проигрывать».

«Не умею».

– Но я научусь, для тебя, - продолжил Олег, пока Рита хватала ртом воздух, не понимая до конца смысл услышанного. – Если ты выберешь его, если выбрала, я готов проиграть. Если ты, - «ты» с ощутимым нажимом, - этого хочешь.

– Я выбрала, я замужем, - пролепетала виновато Рита.

– Не-а, не выбрала. Иначе тебя бы здесь не было.

Спорить Рита не стала. Может, у них с Серёжей кризис трёх лет, а может, их брак летит в пропасть. Может, и нет никакого брака, лишь видимость. Не хотелось об этом думать.

Рита смертельно устала. Устала думать о Серёже, о том, что его необходимо удержать, нужно соответствовать ожиданиям – его, мамы, общества. Она и от ревности устала, от Юлий всех мастей и возрастов, от чужой жизни.

Рита никогда не умела бегать на длинные дистанции. Марафон она пробежать не могла, выдыхалась, болел живот, обжигало собственное дыхание, она задыхалась и всё, что видела – точки в глазах. После долго приходила в себя и ещё дольше чувствовала себя разбитой. Точно так же Рита чувствовала себя сейчас. У неё не участилось дыхание, пульс не прыгнул до запредельных показателей, не болел живот, она не давилась дыханием, а выдохлась.

– А почему ты перестала выкладывать фотографии? – вдруг спросил Олег.

– Какие?

– В инстаграме.

Рита не видела в темноте как кошка, но почему-то была уверена, что Олег улыбается так же открыто, как на аватарке, так же, как он улыбнулся ей при встрече в магазинчике и улыбался всегда.

– Я думал, у тебя телефон сломался, камера, - продолжил Олег. – А ты фотографируешь детей вовсю, выкладываешь на радость беспокоящимся родителям. Я переживаю за Дениса Васильевича.

Рите бы смутиться. Выходит, Олег всё это время наблюдал за ней точно так же, как и она за ним, через социальную сеть. Профиль Рита завела давно, ещё в школе, забросила, позже вернулась. Всё равно именно она вела странички «Русского богатыря» в социальных сетях, за компанию стала кидать фотографии всего, что ей казалось интересным, писала небольшие заметки. Забавлялась.

Денисом Васильевичем она назвала голубя, прилетавшего каждое утро к окну в рабочем кабинете Риты и, как бравый гусар, расхаживающего по карнизу, с независимым видом поглядывая на Риту. Точно Денис Васильевич Давыдов – поэт, мемуарист, генерал-лейтенант. Один из командиров партизанского движения Отечественной войны тысяча восемьсот двенадцатого года.

Рита знала, начни она подкармливать голубя, как слетятся товарищи со всей округи, карниз будет безнадёжно испорчен, а под окнами – не пройти от отходов жизнедеятельности прожорливых птиц, и всё-таки не выдержала и кинула ему остатки хлеба после обеда. Денис Васильевич с достоинством принял угощение, а компании не налетело. Уж как удалось бравому гусару отстоять монополию на Ритину благосклонность, она не знала, но Денис Васильевич прилетал всегда один – по утрам и после обеда.