Шрифт:
— Ваше превосходительство…
— Присаживайтесь, Александр Александрович… — я ответил на приветствие и показал ему на кресло. — Как вы, обустроились уже?
— Благодарю, ваше превосходительство, — полковник кивнул. — Все в порядке. Предоставленное под военную миссию здание великолепно. А быту я достаточно неприхотлив.
— Если что-то понадобится, известите меня лично. С Клеопатрой уже виделись?
— Госпожа Бергкамп сегодня днем прибыла в Блумфонтейн, — спокойно сообщил Арцыбашев. — Собственно, мой визит отчасти связан с ней. Но, позвольте, к личным делам мы перейдем позже. Меня уполномочили передать вам определенные сведения.
— Работа подождет, — я улыбнулся. — Итак, слушаю вас.
— Я сделал предложение госпоже Бергкамп… — через паузу признался полковник.
— Поздравляю. Надеюсь, ваше предложение было принято?
— Пока нет, — обреченно выдохнул Арцыбашев. — Сначала мне предстоит просить ее руку у вас, потом у родителей.
— У меня? — я вытаращил на него глаза. Да уж, с семейкой Бергкамп не соскучишься.
— У вас, — подтвердил Александр Александрович. — Таково условие, госпожи Бергкамп. — Полковник вдруг вскочил и принял строевую стойку. — Ваше превосходительство, имею честь…
— Полноте вам! — я едва не расхохотался. — Обойдемся без условностей. Торжественно даю свое согласие. Не выпить ли нам по этому поводу?
— Возможно позже… — Арцыбашев облегченно вздохнул. — А сейчас мне необходимо выполнить поручение.
— Слушаю вас.
— Меня уполномочили передать вам, что к нам попали определенные данные, которые свидетельствуют о тайных приготовлениях Соединенного королевства Британия к войне с Южно-Африканским Союзом. А именно, британское адмиралтейство уже приступило к формированию эскадры, целью которой будет блокада побережья и поддержка десантной операции…
А почти сразу после того, как военный атташе Российской империи ушел, ко мне заявился почтальон со срочной депешей. В роли почтальона выступал один из самых влиятельных людей в Республике, а именно, сам глава Службы внешней разведки, замаскированной под обычную Почтовую службу.
Формально, герр ван Ройберн, не подчиняется Военному ведомству, но мы всегда работали и работаем в тесной смычке, да и сам Андреас, является моим единомышленником. Хотя, признаюсь, я его терпеть не могу.
— Чем обязан? Насколько я понимаю, ваш визит продиктован…
— Срочными известиями. Но, боюсь, приятными их назвать нельзя.
— Думаю, речь пойдет о том, что мирные инициативы Британии являются ничем иным, как прикрытием приготовлений к войне?
— Именно, — совершенно спокойно ответил ван Ройберн и тут же вернул мне укол. — То есть, в дезинформации Фольксраада уже нет нужды…
«Ну что же… — подумал я. — Нет так нет. Значит быть войне…»
Глава 23
Южно-Африканский Союз. Река Оранжевая. Граница с Капской колонией.
6 октября 1903 года. 00:00
Домой вернулся выжатый словно лимон. Правда устал больше морально, чем физически.
Увидев в гостиной Клеопатру, сначала удивился, но потом вспомнил, что Арцыбашев говорил мне о том, что она приехала в Блумфонтейн. Компанию Клео составляла Пенни и Лизхен, сильно сдружившаяся с ней. Дамы вовсю о чем-то судачили, но при виде меня разом замолчали.
— Дамы… — я быстро раскланялся и попытался улизнуть к себе, но не тут-то было.
— Милый, останься с нами… — Пенни взяла меня за руку и буквально насильно потащила к дивану. — Ты знаешь, у нас есть замечательная новость…
— Какая? — я повертел башкой, нашел взглядом горничную и жестом приказал ей тащить бутылку виски с бокалом.
— Герр Арцыбашев, сделал предложение Клеопатре! — торжественно выпалила Пенелопа.
Лизхен с елейной улыбочкой на губах закивала, а Клео тут же застенчиво потупилась,
— Поздравляю… — преувеличенно радостно гаркнул я и ухватил с подноса бокал. — За это надо выпить… — но потом заметил, как дамы требовательно уставились, как будто ожидая каких-то известий и поинтересовался. — Что?
— Михаэль… — Пенни нахмурилась. — А разве ты не имел сегодня разговор с герром Арцыбашевым?
— Имел… — я опять припомнил, что полковник просил у меня руки Клео, по ее дурацкой прихоти. — А, вот вы, о чем…
— Так что?.. — Пенни поощрительно улыбнулась. — Расскажи нам все, Михаэль.
— Расскажи, расскажи, мы хотим знать! — Лизхен умильно сложила руки ладошками внутрь перед грудью.
— Да какой-то он странный был… — я пожал плечами. — Зачем-то просил у меня руки Клеопатры. Я отказал на всякий случай.