М-да, сложно сказать, что меня больше возмутило, но что я знала точно — Георг не сможет меня получить. Никакие слова не заставят меня в него влюбиться. И чтобы немного позлить его, я решила проучить Георга.

— Вы мните себя экспертом? И почему это женщинам нужен муж, а мужьям нужна свобода от жен? Где тут справедливость?! Почему же вы отказываетесь от любви? Вам не нужна жена?

— С чего вы взяли, что не нужна?

— С того, что ее нет возле вас… Вместо того, чтобы быть счастливым мужем, вы искусно пудрите мне мозги, Георг! — вместо ответа граф улыбнулся. Но это была другая улыбка. Какая-то грустная и тяжелая, но меня было не остановить. — Ну? Где же ваша жена, Георг?! Или вы тоже избегаете любви?

— Она умерла… — слава Георга заставили меня застыть. — Еще три года назад, — продолжил граф. — В родах. Ребенка тоже не удалось спасти, — ох, я не ожидала такого. Хотелось пожалеть графа, как-то помочь, подбодрить, но правильные слова никак не желали находиться.

— Я соболезную, граф. Мне очень жаль, что ваша жена…

— Не стоит, Алисия. Соболезнования в моем случае излишни. Мы никогда не были с Амбер одним целым. Я не любил ее, Алисия. Думаю, «чувства» были взаимны… Так бывает. Это просто жизнь, — нет, я не согласны была с таким объяснением. Зачем жениться, если ты не любишь свою жену?

— И зачем вы женились?! — не выдержала я. Через секунду мне стало стыдно. Он пригласил меня к себе, познакомил с родителями, старался быть учтивым, а чем отплатила я — суну нос не в свое дело, словно Георг мне чем-то обязан. Может он просто уверяет себя, что не любил. Да, чтобы было легче. Зачем лезть со своими расспросами? — Простите меня. Я не должна была, — чувство неловкости согнало с насиженного места. — Извините, еще раз, — я хотела убежать к себе, но похоже, что у Георга были другие планы. Он схватил меня за руку и не отпускал до тех пор, пока я не успокоилась. Как оказалось, зря — граф тут же пошел в наступление.

— Вы не можете сейчас уйти, Алисия.

— Почему же?!

— Потому, что я хочу, чтобы вы остались сегодня со мной. А еще я хочу, чтобы вы подарили мне поцелуй, сейчас, — граф поднялся и попытался притянуть меня к себе. Его губы были так близко, что у меня бешено колотилось сердце и кружилась голова. Но я все же нашла в себе силы, чтобы ответить.

— Отпустите меня, граф! Иначе… — я старалась быть суровой, но моя наигранная серьезность и такая же уверенность веселили графа. Такого не отсудить показной строгостью. Он не из тех, кто отступает после первого залпа. Георг будет идти до конца, это меня и пугало.

— Хах, какая властная женщина… Я почти поверил, что вы можете быть строгой. Представил, как вы наказываете своего раба. Кстати, где он? — ох, я позволила Лео остаться в комнате для слуг. Кто же знал, что Георг станет ходить за мной по пятам, добиваясь от меня поцелуя. — О, не нужно отвечать, — перебил меня граф, услышав бессвязное бормотание, — Я могу сыграть его роль. Буду вашим послушным рабом, а вы, Алисия, станете меня наказывать за любое непослушание, — ко всему моему уважению к графу, не думаю, что он бы смог быть моим рабом. Впрочем, я этого и не хотела… — Я уверен, что в вас живет горячая женщина, Алисия. И я беру на себя смелость разбудить ее. Сначала губами, а потом — как прикажете. Уж больно мне хочется узнать, насколько вы…

— Это неслыханная наглость! Вы не можете так вести себя с замужней женщиной, — я хотела шокировать заявлением графа, но похоже, он совершенно не удивился.

— И что вы сделаете, если я продолжу? — вопрос графа застал мен врасплох.

— Я… я… Я расскажу обо всем Сэдрику! — да, думаю, лучше говорить о нем, чем пытаться объяснить, что у меня есть законный муж, но он остался по ту сторону странного шкафа. — Не думаю, что Сэдрик и Винсент стерпят, если вы посмеете меня осквернить! Вы обещали, и они поверили вам. Так не поступают!

— О, вижу, ваши мысли, Алисия, опережают мои действия. Стоило мне заговорить о том, что я хочу вас поцеловать, и вы уже приготовились к осквернению? Или вы сейчас говорили о поцелуе? — граф умолк, но я рано обрадовалась. — Думаете, граф Сэдрик поверит вам, если я скажу, что между нами ничего не было? — это уже было выше моих сил. — Он трус, Алисия. Граф Сэдрик закроет глаза на все, чтобы только ничего не случилось с его землями. И матушкой.

— Нет! Я больше не хочу ничего слышать! И если вы, Георг, немедленно меня не отпустите, то я буду кричать. Думаю, что ваш отец — не трус. И он выпишет вам хороший подзатыльник, ну а потом Ричард объяснит сыну, как нужно обращаться с чужой женой… Особенно, если эта жена — гостья, — Георг отпустил меня. Конечно, он не испугался моих угроз, просто решил растянуть свое удовольствие. Я не сомневалась, что он продолжит меня преследовать. Я для него обычная дичь — и настоящее удовольствие граф испытывает от охоты, а не от мыслей, что совсем скоро он утолит голод. Я вообще сомневаюсь, что граф когда-то был голоден. Судя по взглядам местных девиц, попадавшихся мне на глаза по приезду, мой наглый проводник часто ходил на «охоту».

— Вы устали, Алисия. Я помогу вам подняться к себе, снять эту дурацкую одежду, а затем я наберу для вас ванную. Вы же помните, что я согласился сегодня побыть вашим рабом, — ох, мне нравилась идей с ванной, но я не собиралась принимать ее при Георге. — Помогу вам…

— Я не собираюсь купаться в вашем присутствие!

— Посмотрим, — Георг отпустил мою руку, но это «посмотрим» меня не отпускало… Да, я пыталась убежать от него, но как бы быстро я ни шла, слышала, как за моей спиной идет граф. Слышала его шаги, дыхание. Мне казалось, я даже слышала его мысли. Надеюсь, граф образумится и оставит меня одну. Возможно, Георг тоже услышал мои мысли.