— Создал временную петлю, с помощью которой и переместил нас сюда на два часа раньше, — он улыбнулся, и эта улыбка не обещала ничего хорошего.

В отчаянии я рванула к двери, но та оказалась запертой снаружи.

— Разумеется, ты не можешь ее отпереть — Роза закрыла ее, когда уходила, — объяснил Вайз.

Я высоко подняла подбородок. Пусть у меня коленки от страха трясутся, но он не увидит моего страха.

— И что теперь? Убьете меня как Чарльза?

— О, да, я убью тебя, — беспечно ответил Вайз. — Но не сейчас и не здесь. У меня мало времени — петля вот-вот вернет нас обратно, — с этими словами он шагнул ко мне. Я выставила вперед свою палочку и без раздумий выпустила в ректора столп пламени…

… Который он без труда погасил мощной струей воды.

— Мания стихии, унаследованная от предков, — улыбаясь, пояснил он мне. — В моем роду были эльфы.

Я замахнулась снова, но Вайз ленивым движением выбил у меня ее из руки.

— Пришло время конфисковать у тебя твою нелегальную палочку, — по-профессорски строго сказал он мне.

Внезапно комната завибрировала, все вокруг заходило ходуном. Сопротивляться было бессмысленно, когда Вайз создал портал и буквально втолкнул меня в него, после чего мы вместе понеслись с пугающую и опасную для меня неизвестность. Я стремительно падала в объятия смерти. Нет сомнений, что Вайз переместит нас туда, где ни Кристиан, ни Даггар с Дарном не смогут меня отыскать. Где никто не сможет мне помочь. Остается только надеяться на удачу, но я уже не припомню, когда она была на моей стороне.

Сложно было понять, куда перенес нас портал. Это было темное, сырое место, очень напоминавшее пещеру: каменные стены блестели от влаги, всюду тут и там можно было разглядеть засохший помет летучих мышей. Было неприятно, гадливо и страшно. Я тряхнула головой, когда на мои волосы упала холодная капля. Под ногами так же хлюпала вода. Я перевела взгляд на Вайза. Он, не обращая внимания на меня, осматривался вокруг, словно что-то искал или пытался вспомнить.

— Я оставил ее здесь, — пробормотал он сам себе. Я не стала переспрашивать, что именно он имеет в виду. Вместо этого я отошла от него подальше, хотя едва ли этим могла бы обезопасить себя от него. Если Вайз захочет убить меня — убьет.

Вжавшись в мокрую, холодную стену, я наблюдала за ректором. Меня посещали разные мысли, одна из которых навязчиво подкидывала идею о том, что, быть может, это вовсе не Вайз, а, к примеру, Лоркенс. Что, если как в прошлый раз мой дед прикинулся им, чтобы одурачить меня? Но тогда как он оказался в Замке? Едва ли Вайз допустил бы это.

Профессор пробормотал какое-то заклинание, и к моему ужасу вода по стенам стала стекать быстрее. Ее становилось больше. Она стекала откуда-то сверху, и разливалась понизу. Вскоре она стала доставать мне до щиколоток, а затем до колен, и вот я уже стояла по пояс в холодной, но хотя бы чистой воде. Она была прозрачной — взглянув вниз, я без труда разглядела свои туфли. Вайз тоже смотрел куда-то вниз, явно выискивая что-то под водой. Наконец он удовлетворенно вздохнул, и, нагнувшись, нырнул под воду, откуда вернулся, держа в руках нечто, напоминавшее золотую пластину. Она блестела золотом и отбрасывала блики на стены и потолок. Повернувшись ко мне, Вайз улыбнулся.

— Знаешь, что это, Стейси? — обратился он ко мне с вопросом. Я не ответила. — Это, глупая необразованная девочка, скрижаль четырех стихий. Она заключает в себе силы всех стихий, и тот, кто станет ее повелителем, сможет повелевать и стихиями. Понимаешь ли ты, что это означает? — в его голосе слышался фанатичный восторг. — Конечно, ты и понятия не имеешь. Став хозяином этой скрижали, я стану неуязвимым. Никто и ни при каких обстоятельствах не сможет одолеть меня. Я буду жить вечно — ни болезни, ни оружие не смогут иметь надо мной власти. Я смогу жить столько, сколько захочу, а решив завершить свой жизненный путь, я просто уйду, растворившись в чудесных водах Наихмы — источнике, олицетворяющем начало жизни и бесконечность смерти. И я спрятал скрижаль здесь, где мой давний приятель Эдвард не смог бы до нее добраться.

— Вы с лордом Лоркенсом были друзьями? — ахнула я.

— Да. Но ключевое слово здесь — были.

— И теперь он тоже охотится за скрижалью?

Вайз кивнул. Он выглядел задумчивым, словно погрузился в давние воспоминания.

— Когда-то давно, когда мы были приятелями, я имел неосторожность поделиться с ним своими знаниями. Я рассказал ему о скрижалях — о тех четырех, что были уничтожены эльфами, он знал, но о пятой было известно только мне и еще тройке олухов, которых бремя знания отправило в могилу.

— Надо думать, что вы же их туда и отправили, — мрачно пошутила я. Вайз пожал плечами.

— Они стояли на моем пути. По дороге к заветной скрижале я не желал иметь ни союзников, ни тем более соперников.

— Зачем же тогда рассказали о ней Лоркенсу? — я отчаянно тянула время, надеясь на то, что быть может, найду способ выбраться отсюда живой.

— Мы были хорошими приятелями, и мне хотелось хоть кому-то довериться. Он выказал безразличие к тому, о чем я ему поведал, но лишь напускное — на самом же деле он не меньше меня загорелся желанием отыскать чудодейственную скрижаль. О, я должен был догадаться, что он тоже захочет ею владеть — не раз Эдвард говорил, что нет ничего лучше бессмертия и неуязвимости. А я, дурак, развесил уши, когда он пел мне о преданности и верности нашей дружбе. Увы, эти понятия были неведомы такому человеку, как Эдвард. Он использовал меня, чтобы получить знания, которыми владел я, чтобы стать тем, кем он сейчас является. Я многому его научил, сделал его своим учеником, соратником и другом. А он отплатил мне тем, что возжелал обойти меня, стать лучше, сильнее, могущественнее. Он решил превзойти своего Мастера.