Шаг и стандартный магический жезл на поясе. Шаг и магическая граната в кармане разгрузки. Еще пару шагов и я выхожу из оружейки, только уже через другую дверь.

Попрыгав на месте и проверив насколько хорошо закреплено снаряжение я перевел оружие в положение «на грудь» и приготовился к бегу.

Пробежав несколько километров мы свернули в сторону тренажеров и пройдя по полосам препятствий три, семь и восемь выбежали на мишенное поле. Номера полос препятствий постоянно менялись, чтобы мы не могли привыкнуть к ним.

— Морозов, Поляков, Песков, Таранов на исходный рубеж шагом-марш! — скомандовал Воденцов и мы трусцой двинулись к белой линии на асфальте.

— К бою! — прозвучала новая команда.

Подбежав ко второй линии, я снял автомат с предохранителя, передернул затвор, затем снова поставил оружие на предохранитель и громко произнес — Кадет Морозов к бою готов!

— Огонь! — прозвучала новая команда капитана и сняв оружие с предохранителя мы начали стрелять.

Поразив все пять мишеней, опустившихся при моем попадании по ним. Я поменял положение со стоя на сидя и заменил отстрелянный магазин.

Мишени поднялись, а я продолжил стрелять.

Получив оценку отлично и при стрельбе из положения лежа, я поставил оружие на предохранитель и встал.

— Кадет Морозов стрельбу окончил.

Подбежавший сержант проверил пустые магазины в ячейке, а также отсутствие патрона в патроннике, после чего громко произнес.

— Осмотрено!

Оставшийся магазин я отстрелял вместе с Дубовым в учебном корпусе номер четыре, который являлся многоэтажным тиром с нескольким десятком различных локаций.

После снова переведя оружие в положение «за спину», чтобы он не отвлекал от выполнения следующей задачи я достал магический жезл из специального зажима и поспешили на полигон…

Где-то часа через полтора вымотавшийся взвод вернулся в расположение. К сожалению просто так сдать в оружейную комнату оружие и обмундирование не представлялось возможным. Сначала необходимо почисть автомат, жезл и обмундирование. После снарядить магазины патронами и только затем идти умываться.

Сноровисто очищая автомат от продуктов горения пороха, я отчетливо понимал, что на меня снова накатывается какая-то апатия.

«Нужно побыстрее заканчивать, умываться и идти спать! Помнится в аналогичных ситуациях Феофан давал мне хорошенько отдохнуть и не трогал несколько дней. Жаль, что и тут также нельзя. Всегда какие-то дела и заботы»

Следующий день к сожалению не принес мне такого необходимого облегчения. Напротив. Казалось, что чувство какого-то внутреннего напряжения наоборот только растет, принося какие-то неприятные душевные муки.

— Что-то ты сегодня какой-то странный — произнес Песков когда мы умывались и чистили зубы после утренней зарядки.

— Так заметно? — лениво спросил я умывая лицо холодной водой.

— Очень — произнес стоящий рядом Никола и засмеялся — Даже нет желания сказать тебе что-нибудь неприятное, а то еще расплачешься как девчонка

Я повернул голову и посмотрел на выявленного мной еще в начале обучения агента Витовта, но промолчал.

Сразу вспомнилось как замаскировавшись на кроне высокого дерева я внимательно слушал доклад Таранова. Он рассказывал наследнику о ситуации во взводе, о том, кто с кем дружит и общается, как реагирует на слова командиров, чем может быть интересен. Также Таранов бодро рапортовал как постоянно подмачивает мой авторитет. Стоит признать, что Никола действительно старался. Он использовал любую возможность поворачивая ситуацию против меня, даже если я вообще к этой ситуации никаким боком. На словах это действительно выглядело хорошо, а на самом деле получалось не очень. Многие ребята искренне считали его завистником. Не понимая почему мои успехи так сильно бесят Таранова…

Показываться перед двумя самонадеянными мальчишками и признавать, что знаю об их сговоре я не стал, хотя очень хотелось. Подобная сдержанность позволила мне не только изредка подслушивать их разговоры и быть в курсе многих событий проходящих мимо из-за моей постоянной занятости, но также уберегла от смены Витовтом шпиона во взводе.

— Иван, успокойся! — громко произнес Песков каким-то странным голосом и я снова вынырнул из воспоминаний.

Переведя взгляд сначала на мальчишку, а затем на зеркало перед собой я заметил, что все вокруг моих лежащих на умывальнике рук медленно покрывается расходящимся в стороны инеем. В последний момент я успел заметить неестественный цвет своих синих глаз, после чего на зеркале появились красивые узоры.

— Я сегодня действительно немного странный — признал я слова Пескова и убирав руки с умывальника направился в комнату.

Что примечательно в этот раз Таранов почему-то решил промолчать.

Целый день я чувствовал себя словно не в своей тарелке. Механически выполнял команды командиров, отстраненно отвечал на вопросы преподавателей на уроках и несколько раз сдерживал накатывающее на пустом месте раздражение грозящее вырваться в неконтролируемый выброс эмоции и энергии.

В таком вот подвешенном состоянии я и провел целый день до самого вечера, пока во время убытия с ужина случайно не пересекся с одним из сержантов второго взвода.