Посадить одновременно всех главных коммунистов никто не решился. Быть человеком, который заставит Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина — всех одновременно в одном лице чистить парашу, никто не захотел. Мудр был основатель династии. Везение тут ни при чем.

Нынешний глава семьи неплохо говорил по-русски и я убедил обоих за небольшие, сверхурочные, наличные никак и нигде не зафиксированные деньги заняться работой прямо сейчас. Аванс в сто долларов решил дело и работа закипела. На первых порах отец семейства пытался расспросить меня о целях работы, которая показалась ему довольно необычной, но я объяснил, что и сам до конца этого не понимаю.

Что, по сути, правда. Он решил, что я тоже человек подневольный, и больше меня расспросами не доставал. Для первых опытов я выбрал котел номер шесть. Номер первый я решил больше не трогать. Так, на всякий случай. Пока там единственный действующий портал и рисковать им я не буду. Попробую повторить всё это самостоятельно без Верочки на другом. Пусть будет шестой, раз он Афанасию чем-то приглянулся.

Только теперь портал будет внутри котла и вести наружу. Перемещение на один метр через стенку котла. Предположительно, медные экраны и трубы котла погасят выброс энергии и я смогу произвести замеры. Характеристики электрического тока, идущего через заземление зафиксировать совсем не трудно. Опыт подобных работ у меня уже есть. Старый мой контейнер стоит на улице во дворе котельной.

Домой спешил и вернулся как раз к тому времени, когда Света уже ждала меня в нашей спальне. Всякая там магия, важнейшие планы, деньги, друзья, враги. Это да, но…

–——-–—––—––—––—–

Расставшись с арабами и отойдя метров на сто, Шерлок остановился. То есть его остановили. Не люди — обстоятельства. Ничего перед собой не видя, и идя с вытянутыми перед собой руками наугад, он уперся в стену. Ещё повезло в том, что это произошло не сразу. Какое-то время он шел, полагаясь на интуицию и обострившийся в темноте слух.

Трудно было бы найти что-то общее между его работой в Столице и пребыванием здесь, но навыки осторожности, повышенного внимания к мелочам и терпения пригодились и здесь. Наткнувшись на стену, он не стал суетиться, а замер и прислушался. Тихий разговор между арабами он слышал только первые две-три минуты. Потом их голоса стали быстро удаляться.

Удивило при этом то, что шагов их слышно не было. Шерлок ещё раз пожалел, что в прежние времена не занимался достаточно серьёзно прокачкой тихого шага, ночного зрения и прочих навыков, общих для охотников и воров. То, что встретившие его арабы этим не пренебрегли, было ясно с самого начала.

Встреча прошла не то чтобы совсем плохо, но и хорошим такой результат не назовешь. С одной стороны, главная задача пока решена. Его не раскрыли и в будущем есть шанс собрать нужную информацию. С другой — нужно что-то решать сейчас. Выдавая себя за человека, который специально готовился к попаданию на каторгу и, по логике вещей, должен почти всё о ней знать, сыщик попал в ловушку.

В результате получилось так, что расспрашивать кого-либо о местных условиях нельзя. Нужно делать вид, что уже всё знаешь и полностью готов к жизни на каторге. Хотя бы в узком кругу заговорщиков. Пока это получилось, но что делать сейчас? Одно дело идти во тьме за проводником и совсем другое делать то же самое в одиночестве. Обдумав ситуацию, он пришёл к выводу, что у него сейчас только два варианта действий.

Стоять столбом, лбом тупо упершись в стену, или идти. Да в темноте, да на ощупь, да с неизбежными ударами все тем же лбом и падениями в ледяные лужи. Синяки, ссадины, рваная одежда. Со стороны выбор кажется очевидным, но сыщик всё же колебался. Логика требовала одного, а организм — другого. Проведя еще минут десять в борьбе ума с чувствами, он всё же решился идти.

Но дал себе передышку, примирив тем самым враждующие стороны. Основания для такого решения тоже нашлись. Когда нужно ничего не делать, то основания для этого всегда железобетонные. У всех и всегда. Из этого широкого перечня причин ничего не делать сыщик выбрал необходимость привязаться к карте, просмотреть на ней уже пройденный путь и вообще определиться на местности.

Интерфейс не подвел и карта появилась. Это почему-то обрадовало. Но тут же ввергло в ступор. На его глазах карта изменилась. Всё на ней стало другим и место самой каторги на карте Терры и та кривая линия, которая обозначала весь путь от портала до этого места. Ещё хуже стало после того, как через десять минут тупого рассматривания карты, она изменилась еще раз и стало ясно, что это нечто системное и, скорее всего, будет повторяться и впредь.

Отстой. Это что? Теперь придется напрягать память или рисовать карты на бумаге. И где здесь бумага? Даже если бы была, то как её уберечь в такой сырости? И что теперь? На стенах кайлом её вырубать? В раздражении он пнул стену ногой, попал в какой-то острый выступ голенью.

— Сссука.

Смачно, с выражением произнёс Шерлок. С выражениями. Одного слова оказалось мало. От широкой русской души он минут десять делился со стеной своим словарным запасом. Стена выдержала, а сыщик успокоился и так, для острастки и выплеска негатива стукнул стену кайлом. Зря. Делать это вслепую было глупо и понимание этого пришло к нему вместе с отколовшимся куском, упавшим на ту же ногу. Как оказалось, словарный запас у сыщика был значительно больше, чем он сам ожидал.

Прихрамывая и матерясь, он двинулся в неизвестном направлении. Идти пришлось медленно. Полученный урок повторять не хотелось, и Шерлок шел, ощупывая пространство перед собой руками и больной ногой. Постепенно он приноровился. И стал продвигаться немного быстрее. По интуитивной оценке — около километра в час.