Она не просвечивала. Хотя одежду выбрала странную. Слишком скромную для себя. И старомодную. Да и коричневый цвет ей совершенно не подходил.

— Пока нет, — рассмеялась Рашель. — И, надеюсь, не стану. Не уверена, что оставаться в этом мире после смерти — дар. Лучше отправляться дальше.

— Значит, ты мне снишься? — спросила я, покосившись на соседнюю кровать, где на фиолетовой постели спала новая соседка.

— Само собой, — Рашель взяла меня за руку, и я ощутила тепло ладони. Живое тепло. — Поднимайся, покажу кое-что важное.

В висках стучало. Происходящее казалось невероятно реальным. Никаким ни сном.

— Не переодевайся, — остановила Рашель, заметив, как я потянулась за платьем. — Тебя никто не увидит, даже если пойдешь голышом. Лилит, поторопись. У меня, правда, мало времени. Не хочу исчезнуть в самый неподходящий момент.

Я подчинилась. Сон становился всё чуднее и совсем не походил на любые другие сновидения, что мне приходилось видеть в Гвендарлин и за его пределами.

Мы вышли в коридор девичьего блока, и я невольно бросила взгляд на дверную табличку, гласившую: «Иви Крафт. Лилит Ван-се-Росса». Еще одно свидетельство, что я нахожусь в настоящем. А Рашель… Рашель — отражение моей тоски.

— Поторопись, — снова попросила мертвая соседка.

Мы спустились вниз, прошли через холл, где призрачная Маргарита отчитывала бледных первокурсниц в ночных сорочках, и покинули сектор. Замок только просыпался, коридоры почти пустовали. Но редкие обитатели Гвендарлин, успевшие выйти из спален и секторов, нас не замечали. Проходили мимо, не видя полуодетую меня и мою необычную спутницу, которой здесь находиться не полагалось.

— Что с тобой случилось, Рашель? — спросила я.

Хотя был ли смысл в этом вопросе? Она же, наверняка, не настоящая.

— Ты всё узнаешь. Позже. А пока скажи, в порядке ли твоя… семья Элиаса?

Я улыбнулась. Смягчает очевидное. Как и раньше.

— Ты же видела табличку на двери. Я теперь одна из них. Так что, да, они и моя семья. Хотя, пожалуй, я не до конца с этим свыклась. Герцогиня Виктория вернулась из долгого путешествия. Ей значительно лучше. Маркус выздоравливает. Самостоятельно начал выходить на свежий воздух. Эмилио и Летисия летом поженятся. Они не хотят пышной свадьбы, но герцог Эдвард ничего не желает слышать. Намерен превратить семейное торжество в нечто грандиозное и, боюсь, помешать ему не удастся.

— Рада слышать, — в глазах Рашель зажглись веселые огоньки. — Этой семье нужны праздники и чудеса.

— Одно чудо точно случилось. Маргарита теперь в некотором смысле с ними. То есть, с нами. То есть… всё сложно. Но мы над этим работаем. Только… мне жутко не хватает тебя. Вас обоих. Нам всем не хватает. Не только родне, но и друзьям. Брайс, мне кажется, скучает больше остальных, хотя в жизни в этом не признается.

— Не сомневаюсь. Он ведь не такой колючий, каким хочет казаться. Вот, мы и пришли, — она остановилась у ничем непримечательной стены возле бывшего класса мэтра Рица, который до сих пор никто из педагогов не занял. — Запомни это место, Лилит. В этой стене спрятано кое-что важное. Забери. Обязательно.

Сон начал таять, в него ворвались посторонние звуки: традиционное утреннее ворчание Иви и шипение Урсула, неодобрявшего ее дурного настроя.

— Стой! Рашель! Ты ничего не рассказала!

— Скоро… Запомни это место…

БУМ!

Криворукая коряга Иви уронила стопку учебников. Ну а как иначе? У неё вечно всё не так, как у всех нормальных и даже не совсем нормальных магов, вроде меня. То дверь зачарует, что мы сами не можем попасть в спальню, то устроит потоп в ванной, то испачкает мою одежду кремом от пирожных. Почему мою? Да потому что есть дурацкая привычка примерять чужие вещи без разрешения.

Я бы давно ее выселила, чесное слово. И даже б изначально не подселяла. Но на совместном проживании настоял директор Шаадей. В компенсацию за использование тела Иви в памятные события. Он считал, компания поможет девчонке стать общительнее и веселее. Тем более, учились мы теперь на одном курсе — на четвертом. Иви не возражала. В начале семестра с деловым видом заняла кровать Рашель, поменяла постель с желтой на фиолетовую, раскидала вещи, где придется. Хорошо хоть Урсул ее дисциплинировал. Пару раз порвал сочинения, валявшиеся на полу.

— Доброе утро, — пробурчала Иви, поправляя волосы, моими стараниями переставшие выглядеть вороньим гнездом. Пришлось выучить пару полезных заклятьев.

— Доброе…

Сон не отпускал. Чудилось, Рашель еще здесь. Стоит невидимая и наблюдает за нами. Но ведь это сон, так? Просто сон?

— Ты в порядке? — спросил Ульрих за завтраком.

— Не выспалась, — ответила я и добавила, чтобы он не заподозрил неладное: — С Иви разве выспишься…

Ульрих понимающе улыбнулся.

— Хорошо, что сегодня воскресенье. Можешь поспать днём.