— Допустим, — вмешалась в разговор Рашель. — Но зачем покидать тело сейчас? Да еще при толпе свидетелей? Умерла бы леди Клементина во сне, и никакого шума.

— Может, в этом и задумка, — протянула Юмми, наморщив лоб, как старушка. — Основатели хотели всех напугать. И нас, в том числе. Или… ох… — она всплеснула руками. — Возможно, Гвенда Ван-се-Рмун больше не могла оставаться в мертвом теле. А на балу полно народу. Отличный момент подобрать новую подходящую оболочку. Если я права, основательница преспокойно разгуливает по Гвендарлин, а, главное, по темному сектору.

— А, может, по светлому? — встрял Брайс и поежился.

— Вряд ли, — возразила Юмми. — Гвенда — темный маг. Вспомните, до этого основатели всегда выбирали темных: леди Сесиль, мэтр Риц, мэтр Дюваль. Лилит тоже темная, как и Маргарита Ван-се-Росса, за которой эта парочка охотилась в прошлом.

— Хватит, — велел Элиас, которому не понравилось упоминание сестры. — Мы даже не уверены, что Гвенда была в теле леди Клементины.

— Ты так, правда, считаешь или просто хочешь на это надеяться? — спросила Юмми прямо.

Элиас посмотрел волком, а светлая девчонка не унималась:

— Не веди себя, как Тео или директор Бритт. Не игнорируй проблему.

— Я не… — Элиас покраснел, как варенный рак. Сравнение не пришлось по душе.

— Тихо! — я ударила ладонью по столу. — Не хватало нам ссор. Вот основатели обрадуются. Давайте успокоимся и не будем сбрасывать со счетов любые версии.

На этом и порешили. Закончили собрание и разошлись. Рашель демонстративно взяла Элиаса за руку и потащила гулять по замку, а Брайс увязался за нами с Ульрихом. Трещал всю дорогу о всяческой ерунде, лишь бы не думать о жутком.

— Интересно, удастся ли Дювалю найти новую воспитательницу в наш сектор, — протянул он задумчиво. — Замены леди Сесиль второй семестр нет, а теперь та-а-акое! Сомневаюсь, что кто-то согласится на эту работу после того, как одна воспитательница сбежала, как ошпаренная, а вторая истекла кровью в разгар бала.

— Дюваль уже решил проблему, — огорошил Ульрих. Не только Брайса, но и меня. — Слышал, он предложил должность леди Габриэле. Она дала согласие.

— Леди Габриэла? Это та демоническая дама, что ведет у четвертого курса загадочные занятия? Ну-ну, повезло девочкам, ничего не скажешь.

Ульрих сжал губы, а я с показной беспечностью пожала плечами.

— Уж лучше она, чем леди Сесиль.

А у самой мурашки по спине промчались дружным галопом. Матушка моего ненаглядного в нашем секторе? Да идите вы болотом!

На подходе к сектору я остановилась, чтобы поговорить с Ульрихом наедине. Но Брайс не понял намека, встал рядом столбом. Пришлось ткнуть в плечо и прямым текстом попросить убраться восвояси. Он надулся, но соизволил нас покинуть.

— Нашел бы он себе девушку, — проворчал Ульрих.

— Кому он нужен, — ответила я в тон и пристально посмотрела на полуведьмака. — Значит, твоя матушка переселяется ко мне под бок?

Он не ответил. Просто кивнул.

— Вот счастье-то! Глядишь, еще какое-нибудь заклятье наложит. Чтоб мы не только не целовались, но и за руки держаться не могли.

Ульрих слишком поспешно отвернулся. Он так делал, когда хотел что-то скрыть.

— Ты говорил с матушкой об этом, да? — догадалась я.

— Нет, — солгал он, не моргнув глазом.

Но я ударила его в плечо. Куда больнее, чем недавно Брайса.

— Разве после истории с Делией мы не договорились ничего не скрывать друг от друга?

Ульрих смущенно улыбнулся и развел руками. Мол, да, договорились.

— Дело в том, что… что… — ему никак не удавалось закончить фразу. Он замолчал, а потом выпалил: — Моя мать ничего не делала.

Я открыла рот и не придумала, что на это сказать. Не обвинять же Габриэлу во лжи в разговоре с сыном. Да, Ульрих знает, что она из себя представляет. И все же она его родная кровь. Родная ведьмовская кровь.

— Догадываюсь, о чем ты думаешь, — проговорил Ульрих мягко. — Матушка удивилась вопросу. Сильно удивилась. И нет, она не лжет. Дала клятву. Особую, ведьмовскую. Обманешь, произнося ее, мало не покажется. Так что у нас проблема. Точнее, проблема у тебя. Это ты заколдована.

Мой рот снова открылся, но ни единого звука не последовало.

Я? Серьезно?! С какого перепуга?!

— Лилит, без паники, — Ульрих взял меня за руку. — Мы во всем разберемся. Обещаю. Да и матушка обещала посодействовать. Ее гложет любопытство, а это верный знак, что она докопается до сути проблемы и найдет виновника.