— Как вы здесь очутились? — спросила у компании, когда меня усадили рядом с костром.

— Мы шли к наследнику Мерлина, — прокрякала гусыня.

— У нас пропали семь лет жизни, — пожаловался горбун.

— Зачем вам…, — хотела спросить я, но вовремя себя оборвала. Им нужен наследник Мерлина — проведу их. Предчувствие плохо орало, кричало и билось. Но я его заткнула. Какой вред может случиться от детей?

Троица дружно шагала со мной к замку. Я указывала путь. Карлик завидел громадное строение раньше всех, потому что шел первым. Я продрогла, и плащ не мог спасти от холода.

Ко мне навстречу выбежал обеспокоенный жених. И все остальные. Жаркие объятия чуть не придушили мое бренное тельце. Когда Арнаэль смог соображать и перестал волноваться за меня, то первым делом отвел меня в малую гостиную, поближе к очагу. Свадьба продолжилась в большой за;ле. Троица расселась вокруг меня. Стол убрали. Вместо него на стуле восседал эльф.

— Зачем вы здесь? — обратился он к непрошенным гостям, потирая пальцами переносицу.

— Мы потеряли семь лет жизни с гусыней, — удрученно проговорил карлик с огромным носом. — Она — принцесса, — он указал на гусыню, — а я сын сапожника. Мы пришли, чтобы наследник Мерлина вернул мне эти годы.

Наивно. По-детски. Боги, неужели только я чую подвох? Многие знают, чем закончилась история карлика с огромным носом. Только зачем здесь Рапусель — не ясно. Ладно. Тысячелетний эльф должен разобраться. Из нас двоих он самый умный.

— А красотка с длинной шевелюрой здесь зачем? — иронично поинтересовался Арнаэль.

— Я хотела, чтобы вы вернули мне моего мертвого жениха, — проговорила Рапусель, смущаясь.

— Прости, но некроманством не промышляю, — сказал мой жених.

Девчушка расстроилась. Остальные, наоборот, радовались. Арнаэль пообещал им возвращение утерянных воспоминаний. Конечно, их оставили в замке.

В нашем маленьком домике горели окна. Кормилица, что осталась с Арнасэлем, поприветствовала нас. Младенец сладко посапывал в колыбели. Свадьба утомила нас обоих. Мы рухнули на постель и сразу заснули.

Утром я проснулась одна. Эльф либо молилась богам в лесном храме либо его родители решили обсудить нашу женитьбу и выносили ему мозг. Шум в детской привлек мое внимание.

— Арнасэль! — закричала я. В нижнем платье влетело в комнату. Карлик держал на руках ребенка. Гусыни рядом не наблюдала. — Отпусти его!

— Нет, — возразил карлик. — Он нам нужен!

Малыш надрывался от плача в руках горбуна. Виновник истерики младенца колдовал, рисуя неизвестные мне руны в воздухе. Жизнь потихоньку уходила из Арнасэля. Не в силах больше смотреть, я взяла на кухне первую попавшуюся под руку сковородку и обрушила на голову карлика. Тот растянулся под моими ногами. Я прижала малыша к своей груди. Влетевшая в окно гусыня принялась щипать мои волосы и везде, где доставала. А щипается она больно, доложу я вам.

На крики и шум прибежал Арнаэль. Правильно оценив ситуацию, он магией заключил гусыню в клетку, а оглушенного карлика связала королевская стража, так кстати оказавшаяся на эльфийской свадьбе. Безопасность — превыше всего их девиз.

— А теперь я жажду объяснений, — пылая гневом, заявила жениху.

— Наследники Мерлина — уникальное божественное явление, — лепетал Арнаэль.

— Это я знаю! — закричала от злости. — Арнасэль чуть не пострадал!

— Спокойно, Ивет, — он приобнял меня за плечи. — Среди темных магов Донауворта ходит легенда, будто наследник Мерлина может исцелить раны от любых заклятий и наговоров. Думаю, карлик и гусыня находились в отчаянии раз обратились к темным магам и они указали на младенца.

— А Рапусель где? — решила спросить я.

— А её нет. Это — проводник темных магов, — устало проговорил мой жених. — Тебе нельзя волноваться, любимая.

— Почему они решили отправить тебя к эльфам?! Здесь же полно опасностей, — сказала я.

— Знаешь, за тысячелетие успел привыкнуть. Да и без опасностей скучно жить, тебе ли не знать, — улыбнулся Арнаэль.

Арнасэль снова заплакал. Теперь только на моих руках. Я дала ему молоко, что оставила кормилица. Малыш мне подарил улыбку. А другой, что живет в моем животе, оказался на удивление крепким к треволнениям.

— Тебе лучше прилечь, я схожу за травами, — велел мне жених.

Послушалась. Положила ребенка в колыбельку. И сама легла на постель. Принесенный отвар из трав сразу вырубил меня. Наверное, на это и был рассчитан. Неважно. Засыпая, я знала, что не одна, а рядом лежит Арнаэль, напевая грустную эльфийскую балладу.

Итанаэль, прежде чем окончательно стать человеком, благодаря Мире, решил насладиться полетом в облике дракона. И пригласил нас с Ушастиком, то есть Арнаэлем. Естественно, меня закутали в два теплых плаща. Сам же эльф в одном плаще на голое тело приготовился к путешествию в воздухе.