— Ладно, будь по твоему, — согласился Макс после короткого обдумывания ситуации. — Сколько времени потребуется для ритуала?

— Это не ритуал, господин. Вы просто проведете около Капища пару часов, и все. Как раз до наступления темноты. Пойдемте?

— Пойдем!

Дряхлый повел его в сторону деревни, но вскоре свернул на малозаметную извилистую тропу, не замеченную Максом по дороге сюда, к шахте. Там они встретили нескольких крестьян, возглавляемых Довчаном.

— Это я их попросил сюда подойти, — пояснил старик.

— Чтобы меня бессознательного в Деревню нести? — сообразил Макс. — Получается, ты все продумал еще до того, как начал рассказ? Даже время прикинул, через которое мы здесь появимся, чтобы парни вовремя подошли. Или они нас здесь давно ждут?

— Не-е-е, господин, — отозвался Довчан. — Минут двадцать, как подошли.

— Пойдемте, пойдемте, — заторопился старик. — Чем раньше господин выйдет к Капищу, тем лучше. Вдруг ему больше двух часов потребуется?

Проковыляв мимо мужиков, Дряхлый с целеустремленным видом пошел по тропе вперед. Остальные, во главе с Максом, гуськом пошли следом, внимательно посматривая себе под ноги — зажатая между густой растительностью тропа была слабо освещена, и ее поверхность оказалась весьма неровной из-за выступающих корней и множества больших и маленьких ям.

Макс с наслаждением вдохнув полную грудь пахнущего грибами и свежей травой воздуха, и впервые за весь день позволил себе слегка расслабиться. Ровно до того момента, пока они не достигли места, где тропа проходила вплотную к глубокому оврагу. Там замыкающий процессию крестьянин с коротким гортанным вскриком сорвался вниз, и прокатившись по крутому склону оврага на его дне встретил острый обломок толстой ветки.

Прыгнувший следом Макс умолял судьбу, чтобы с крестьянином было все в порядке. У него на секунду замерло сердце, когда он увидел кровь на нехитрой одежде извивающегося от боли мужика.

— Все в порядке? — крикнул с края оврага Дряхлый.

— Его надо в деревню! Ничего серьезного, но дальше с нами идти он не сможет! — ответил ему Довчан, первым оказавшийся возле товарища. Сорвав с пострадавшего рубаху, он продемонстрировал подошедшему Максу глубокий порез поперек живота, из которого сочилась кровь.

— Да что б тебя демоны задрали! — заорал заметно успокоившийся старик, и тут же развернулся к другим мужикам, замершим на краю оврага. — Что вы встали??? Вперед!!! Берите Саба и волоките в деревню! Пусть Афросья ухаживает за этим дармоедом.

Мужики посыпались в овраг, и вскоре выволокли стонущего и охающего раненного на тропу.

— Отнесете и возвращайтесь! — крикнул Дряхлый вслед уходившим крестьянам.

— Зачем? Сами дойдем, — предложил Макс, и по быстрому взгляду старика понял, что сказал глупость.

— Как я вас с Довчаном в деревню потащу? Сам-то еле шагаю! Всяко тут остальные нужны.

К Капищу они вышли через пятнадцать минут. Оно представляло собой небольшую чистую площадку, свободную от всякой растительности, в центре которой стоял двухметровый каменный идол, а по краям возвышался сплошной частокол высоких деревьев, делая невозможным заход на Капище с любой другой стороны, кроме тропинки, по которой они сюда пришли.

Обойдя вокруг идола, Макс с легким содроганием обнаружил отсутствие той тропы. Только деревья со всех сторон! Они оказались в импровизированном колодце. Глянув на небо, Макс увидел среди крон деревьев мирно плывущие белые облака.

— Это нормально? — обратился он к Дряхлому, показывая в в то место, где совсем недвано был проход.

— Да, господин, — потирая руки ответил тот. — Не только наш Патрик, но и Капище нашло в вас магию! Все! Теперь заживе-е-ем! Раздевайтесь!

— Что? Зачем?

— Так нужно.

Скинув с себя одежду, Макс повинуясь указанием старика подошел к идолу и опустился перед ним на колени.

Минута… Другая…

Ничего не ощущая, Макс начал беспокоиться.

— Дряхлый, я ничего не чувствую.

В ответ — тишина. Сделав попытку обернуться, Макс обнаружил, что совершенно не чувствует своего тела. Но как??? Ведь только что…

— Дряхлый! — попробовал он позвать старика, но даже не смог пошевелить губами.

Взгляд затуманился и поплыл, передавая в мозг размазанные, фрагментарные картинки, больше напоминавшие творческий бред сумасшедшего художника, нежели действительность — искореженные деревья, на стволах которых светились тысячи налитых кровью глаз…идол, превратившийся в нечто ужасающее, и ползающий по поляне на черных рваных обрубках плоти… черное небо, грозящее раздавить, уничтожить, проглотить…

Сознание Макса подернулось пеленой, сделав его безразличным к скачущим в голове паническим мыслям. Он отстраненно подумал, что надо бы приготовиться. Но к чему? К боли? Зачем? Ему все равно…

Очнулся Макс от мерного покачивания и некоторой боли в руках, за которые его крепко удерживали. Чувствовал два разгоряченных тела, на которые он опирался. Добавлялись неприятные ощущения и от волочившихся по земле ног. Открыл глаза, обнаружил, что его тащат по тропе и попробовал шевельнулся. Крестьяне сразу аккуратно опустили его на землю.