– Понимаю – кивнул он, никак не дав мне разобрать, поверил ли он в мою историю – Это ведь вы пишите про приключения Нейтана Боунза?

– Знакомы с моими книгами?

– Прочел парочку. Я не слишком большою любитель литературы, знаете ли, но ваши истории показались мне весьма занятными.

– Приятно слышать.

– Позволите войти?

– Зачем?

– Хотелось бы осмотреться – он был спокоен как змея, словно удав, который медленно и неторопливо подбирается к своей добыче.

– И что же вы хотите обнаружить в моей квартире?

– Я занимаюсь поиском похищенной у клана Стрикс ценности. И имею все основания полагать, что ее укрывает один из жителей этого дома.

– О как. И что же это за ценность?

– Боюсь, я не могу об этом распространяться.

– Ну а я, в свою очередь, имею полное право не пускать вас к себе в дом, без присутствия констеблей, верно? А таковых я что-то и не вижу.

– Мистер Марбэт, ситуация очень щекотливая, и я попросил бы вас не усложнять ее. Ведь если вам нечего скрывать, то осмотр не займет много времени, а я принесу глубочайшие извинения от всего клана Стрикс, за такое бесцеремонное вторжение в личную жизнь. Если же вам понадобится компенсация…

– Мне не нужны от вас деньги. Но в дом к себе я вас не впущу, уж простите. Приходите с констеблями, и тогда мы во всем разберемся.

– Мистер Марбэт, вы даже не представляете с чем связались.

– Я ни с чем не связываюсь. Я просто хочу, чтобы все было по закону.

– Я уповаю на ваше благоразумие, Мистер Марбэт.

– Это вы зря.

– Значит отказ ваш окончательный ответ?

– Боюсь что так. Как я уже сказал…

Договорить мне не дали. Удар был настолько стремительным, что я никак не мог быть готов отразить его. Теодор Стрикс, который прежде держал обе руки в карманах своего черного пальто, нанес мне удар в живот с такой силой, что я согнулся пополам. Затем меня толкнули внутрь и я повалился на пол.

– Быстро! – скомандовал Теодор своим людям – Обыскать здесь все!

Люди Теодора работали слаженно. Трое прошли в квартиру, переступив через меня, один остался в дверях.

Сам Теодор тоже прошел в зал, но не присоединился к обыску, и пока его люди бесцеремонно громили мою квартиру, он обернулся ко мне с выражением абсолютного спокойствиями на своем лице.

– Мистер Марбэт, мы ведь могли все сделать иначе. Куда аккуратнее и проще. Но вы сами выбрали подобные взаимоотношения.

Я приподнялся на руках, превозмогая боль, и развернувшись сел, облокотившись спиной о стену.

Теодор Стрикс подтянул от фортепиано стул и, поставив его в полуметре от меня, сел. Затем снял с правой руки перчатку, и мне стало понятно, почему его удар был таким сильным. Вся его кисть была протезом. И насколько я мог судить, лучшим протезом из тех, которые может предложить клан Рейн, с незапамятных времен занимающийся созданием искусственных частей тела, и яростно стерегущий тайны их создания, а в особенности технологию искусственной нервной системы. Никто, за последние полторы сотни лет, так и не смог узнать, каким именно образом хирурги клана Рейн приращивают эти механические конечности и органы к живой плоти, да так, что человек использует их ничуть не хуже своих собственных, а то и куда лучше. Все конечно зависело от качества протеза, что в свою очередь зависело от его цены. Но протез Теодора Стрикса был без сомнения самого высокого качества. Неторопливо сняв перчатку со второй руки, он продемонстрировал мне, что и другая кисть у него так же искусственная. Матово-черные металлические пальцы выглядели слегка пугающе, как руки куклы, однако двигались очень плавно и мягко, совсем так же как и обычные руки.

– Произведения искусства, правда? – спросил он меня, разминая механические пальцы.

Я не ответил.

– Очень дорогая вещь. Вы только представьте, сколько людей стараются выведать тайну их сотворения прямо сейчас. Представили?

Я снова промолчал.

– Так вот, то, что похитили у нас прошлой ночью, во множество десятков раз ценнее. Так что не обессудьте, мистер Марбэт, но у нас нет времени на констеблей. Я обязан вернуть эту ценность любой ценой и как можно скорее.

– А если она окажется у меня, что тогда? – сдавленно просипел я – Вы меня убьете?

– К сожалению, именно так. Я просто обязан буду сделать это, в интересах своей семьи. Как же иначе можно поступить с вором, предмет кражи которого не стоит придавать огласке?

– А вы не боитесь, что если у меня его нет, я придам огласке ваши методы работы?

Я не знал как быть дальше, меня застали врасплох, шансов выкрутиться не было, и я просто говорил все то что приходит на ум, а люди за спиной Теодора тем временем продолжали свой обыск. Двое открыли дверь в спальню. Скоро они должны были найти Яркого, и тогда для меня все будет кончено.

– Не боюсь. Я член одного из старших кланов Конгломерата. Вы понимаете, что это значит?

– Вы сами себе закон.

– Все верно, мистер Марбэт. Все именно так. Но я уверен, что во избежание ненужных эксцессов, мы сумеем договориться с вами о том, как замять этот конфликт. Поверьте, мы умеем убеждать. Вначале предложим вам деньги, для нас весьма малые, но для вас целое состояние. Ну а если решите пойти на принцип, то…

– Вы сюда вернетесь?

– Именно так. Но я не советовал бы вам такой вариант.