— А теперь, наблюдай.

Икеда подняла глаза на сверкающие звёзды. Звёзд было так много, что они отдавали светящей синевой, а ещё не успевшее скрыться солнце, добавляло всему этому сиреневый оттенок. Наблюдать за этим было удовольствием, особенно после изматывающего пути, но внимание переманило яркое свечение, что забурлило сквозь ночное небо. Звезда вспыхнула, и понеслась на землю, столь быстро, столь безумно, что оставляла за собой горящий след. Дракон заворожённо наблюдал, как звезда тонкой искрой стремится им на встречу. Икеда поднялась на ноги, прищурив глаза. Звезда неслась прямо на них, не меняя, словно заранее запланированного направления. Яркий свет слепил. Воительница отвернулась, прикрыв глаза рукой. Звезда пролетела выше, и упала за её спиной, мощным взрывом всполохнув под собой землю. Резкое пламя тут же разнеслось по окрестности, бросившись на лесную опушку, и царапая искрами горные скалы.

— Ха-ха-ха! — протяжно захохотал дракон, высоко вытянув шею.

Он взмахнул крыльями и радостно бросился пожирать огненные следы, что оставила звезда. Он проглатывал их с непритворным удовольствием, горькое пламя вновь начало капать с его рта, а розовая камелия на груди засветилась яркими лучами. Икеда подошла ближе к звезде, что, казалось, отпугивала от себя огонь, оставаясь совершенно нетронутой. Звезда — оказалась обычным камнем. Чёрным, обугленным, непримечательным. Охотница дотянулась до него кончиками пальцев.

— Холодный. — удивленно прошептала она.

Икеда положила его на ладонь. Лёгкий, не больше страусиного яйца, осыпающийся холодным пеплом. Дракон сел на землю, жадно облизывая зубы, которые горели буйным огнём.

— Я выиграла. — напомнила о себе воительница.

Дракон обернулся.

— Я нашла звезду первой.

Она подняла кусок обугленного камня.

— Что? — возразил дракон, — Это не звезда. Это кусок бездушного камня, а звезда во мне, я поглотил её лучи, воссияв новым пламенем.

Его сердце бурлило. Золотая чешуя светилась, а камелия на груди слепила яркими лучами. Дракон осмотрелся, испуганно вытаращив глаза. Вокруг пылал огонь, что отгонял тьму, а на его фоне стояла фигура, закрывая свои чёрные глаза под круглой шляпой. Свет не трогал её. Обходил стороной. Боялся её холодного взгляда. Память дракона, будто ожила. Он, словно попал в свои страшные сны, что всплывали в виде давних воспоминаний.

— Да-а. Я вспомнил. — задрожал дракон, — Это была ты! Это с тобой я сражался тысячу лет назад. Это из-за тебя мой огонь погас. Из-за тебя я потерял свет на сотни лет.

Он выпятил грудь. Пламя забурлило в его пасти. Зажжённое масло, густым огнём, прожигало под ним всё живое. Дракон оскалил зубы и растопырил острые когти, ударив по земле.

— Я тебе этого не прощу. — прорычал он.

Икеда бросила звезду в сторону и обнажила катану. Огонь сверкал в отражении тёмной стали. Дракон напряг глотку. Пламя вспыхнуло на его языке, и бушующем ураганом вырвалось наружу. Воительница ловким кувырком прыгнула в сторону, спрятавшись за скалой. Дракон гневно пускал пламя, прожигая, и без того, чёрную землю. Икеда терпеливо ждала, пока искры и пепел летели на её стальную амигасу.

— Выходи воительница! Я не собираюсь тратить свой огонь понапрасну! — грозно завопил дракон.

Он, извивая своим длинным туловищем, стал подходить ближе. Охотница слышала каждый его хрип, следила за каждым его шагом, и когда он приблизился, уже готовый заглянуть за скалу, она выпрыгнула на него, взмахнув мечом. Дракон резко увёл голову назад, успев увернуться от быстрого лезвия, что промелькнуло перед его носом. Его седой волос упал на землю, и тут же сгорел в пылающем огне. Икеда ударила снова, так же резко, быстро, ловко. Лезвие исчезало, порхая в её руках. Дракон выставил когти, искры разлетелись в разные стороны, и Икеда попятилась назад, едва не выронив меч. Дракон напал, замахнувшись острыми когтями, но воительница парировала, прыгнув в сторону. Она быстро поняла, что атака в лоб бессмысленна. Дракон растопыривал когти, сверкал пылающими зубами и отталкивал её, не давая сделать и шага вперёд. Она заметила, как камелия на его груди слепит её вновь. Из розовых, будто солнечных лепестков изливался яркий свет. Икеда скользнула по горящей земле и зашла дракону за спину. Он попытался ударить хвостом, но охотница ловко отпрыгнула в другую сторону. Она вращалась вокруг дракона, бродя кругами, а он натужно извивался, пытаясь то ударить, то вновь вспыхнуть пламенем, то сбить её, махая крыльями.

— Перестань бегать от меня, воительница, и я убью тебя быстро! — сурово прохрипел дракон.

Икеда резко остановилась и замахнулась мечом, натянув плечи назад. Конец лезвия сверкал у неё перед глазами. Дракон обернулся, выпятив грудь для атаки, и она ударила, твёрдо, решительно отправив клинок прямо в центр светящего цветка. Лезвие вонзилось в цветок камелии. Дракон завопил от разрывающей боли, схватившись за грудь. Несколько лепестков упали на землю, вместе с ярким, густым пламенем, что чернело, едва дотянувшись до земли. Дракон упал, извиваясь и корчись от охватившей боли. Его тело начало сужаться, зубы синеть, а седые усы и золотая чешуя опали, сгорев в огне.

— Мой свет! Мой свет! — молил дракон, слабея в голосе, — Ты снова победила меня, снова отправила умирать во тьму. Мой свет вновь погас.

Его мудрый, хриплый голос превратился в нечто писклявое и невнятное. Суровый огненный змей превратился в маленького ребёнка. Потухшего. Синего. Слабого. Свет в его пасти и глазах погас. Он лежал на прожжённой земле, но при этом источал обжигающий холод. Икеда подняла цветок камелии, что хоть и осыпался, но не потерял прежней красоты и очаровывающего оттенка. Она подняла звезду, обернув её в тонкий платок и отправилась обратно в город, оставив позади себя удушающий пепел.