С этими словами она оставила нас одних.

Некоторое время мы сидели молча, глядя друг на друга. – Хочешь прокатиться? – предположил я.

– Конечно, – ответила Надя. – Только дай мне обуться.

Глава 41

– Мне следовало рассказать тебе о пересадке, – сказала Надя, когда мы отъехали от тротуара, – но я не хотела, чтобы ты меня жалел.

– Жалеть тебя? – Я рассмеялся над этим. – Поверь мне, это совсем не то, что я чувствую. – Я повернул направо на углу и направился к эспланаде Чарльз–Ривер. – Я удивлен, что ты жива, что ты прошла через все это и получила Эллен, и теперь ты занимаешься этим делом об опеке. Я действительно думаю, что ты должна быть сделана из чего–то невероятно...прочного.

– Прочного? – Надя усмехнулась. – Вот видишь? Это именно то, чего я пыталась избежать, потому что ни одна женщина не хочет, чтобы привлекательный мужчина думал о ней как о прочной.

Я не сводил глаз с дороги. – Значит, ты считаешь меня привлекательным…?

Она рассмеялась. – С тобой все в порядке.

Я улыбнулся и нажал на газ.

– Так что же случилось? – спросил я наконец. – Ты можешь рассказать мне об этом?

Она глубоко вздохнула. – Ты уверен, что хочешь знать?

– Да.

Мы обменялись взглядами, затем она опустила стекло. – Я заболела, когда была беременна Эллен. Я была на пятом месяце. Сначала это было похоже на обычный вирус гриппа, но потом, когда мне должно было стать лучше, я чувствовала себя все более и более уставшей. Я все время задыхалась. Я думала, что это просто беременность, потому что все говорили мне, что это нормально чувствовать усталость, но в конце концов я оказалась в больнице с сердечной недостаточностью.

– Боже..

Она кивнула. – То, что у меня было, называется миокардитом, и это не такая уж редкость. Вирус поражает сердечную мышцу, поэтому он не имеет ничего общего с тем, что я ем жирную пищу или не занимаюсь спортом. До этого мое сердце было в идеальном рабочем состоянии. Это была просто неудача, усугубленная тем фактом, что я была беременна, что еще больше сказалось на моем теле. Но нам невероятно повезло, Эллен и мне. Я смогла продержаться достаточно долго, чтобы они сделали кесарево сечение. Затем мне снова повезло с донорским сердцем, которое вскоре стало доступно. Это было чуть меньше года назад. Теперь у меня все хорошо.

Я взглянул на Надю, сидевшую на пассажирском сиденье, и хотя я не собирался этого делать, мой взгляд прошелся по всей длине ее тела. – Ты, конечно, отлично выглядишь.

Ее выразительные глаза сияли в бледном свете вечера. – Бесстыдный льстец.

Что–то сильное вспыхнуло между нами, и ничто не могло ослабить мое влечение к ней–ни пересадка сердца, ни тот факт, что мы едва знали друг друга, и особенно мой брат, которому все еще удавалось поддерживать жестокую власть над ней на расстоянии многих миль. Во всяком случае, это заставило меня хотеть помочь ей еще больше.

С этой мыслью я задался вопросом, с более чем небольшим беспокойством – что именно здесь происходит?

Не было никаких сомнений, что у меня были чувства к Наде. Как я мог не знать? Она была красноречивой, интересной и великолепной. Я с трудом соображал, когда она была рядом, а когда ее не было, все, что я хотел сделать, это найти способ снова быть с ней.

Но я также хотел убедиться, что Рик не уничтожит ее так, как он уничтожил Анджелу.

Так это все из–за Рика? Был бы я все еще здесь, был бы я так привязан к этой раненой женщине, если бы это был какой–то другой мужчина, подающий на нее в суд за опеку над их ребенком? Или мне придется бежать в горы?

Сны

Глава 42

Надя Кармайкл

Для меня мир пришел в фокус в тот туманный летний вечер, когда Джесси вез меня, и я рассказала ему о своей пересадке сердца. В ту ночь я поняла, что между нами действительно происходит что–то необычное, и это было не только мое воображение.

Весь салон его машины пронизывали заряды электричества каждый раз, когда мы смотрели друг на друга. Он задавал интимные и заботливые вопросы, и я быстро поняла, что он не был похож на других мужчин, которые предпочитают сначала казаться крутыми.

Напротив, Джесси был открытой книгой. Он открыл мне свои чувства так, как ни один другой мужчина никогда не делал на первом или втором свидании. Я подозревала, что он не побоится сразу же вступить в серьезные отношения. На самом деле, я думаю, что в те первые дни он отчаянно хотел этого, он чувствовал, что любил и потерял достаточно для одной жизни. Я чувствовала, что он жаждет постоянства. Когда я была с ним, я никогда не чувствовала, что мне нужно беспокоиться о том, что я слишком сильна, и мне не нужно было играть в игры. В тот вечер он хотел знать обо мне все. Это продолжает удивлять меня, когда я оглядываюсь назад.

Потому что для человека, который хотел, чтобы постоянство и любовь длились всю жизнь, я, без сомнения, совершенно не подходила ему.

***

– Ты бы вышла за Рика, если бы он сделал тебе предложение? – спросил Джесси, когда мы припарковали машину и пошли вдоль берега реки Чарльз. Солнце только садилось, и небо светилось смесью розового и голубого.

– Ты имеешь в виду, когда я сказала ему, что беременна? – Я указала на выкрашенную в зеленый цвет скамейку, где мы сели, чтобы посмотреть на проплывающие мимо парусники.