Шрифт:
Когда я взглянула на него, то увидела мерцание Анку — его татуировки.
— Очевидно же, что мы не станем жертвовать королевством ради одного человека. Нам нужно сосредоточиться на атаме.
Я резко открыла глаза.
— Мы не можем позволить ей умереть.
Он плеснул тёплой солёной водой на моё тело.
— Найти атам — самый быстрый способ остановить их.
— Мы могли бы вызволить Джину прежде, чем они отрежут ей пальцы.
— Зачем им отрезать ей пальцы?
— Подожди-ка. Я могу воспользоваться ванной, чтобы взглянуть на неё. Ванна сработает как зеркало прорицания, — я наклонилась вперёд, пытаясь получше рассмотреть воду в ванне.
Затем я моргнула, когда перед моими глазами заплясали искорки, и всё потемнело.
— Держимся, держимся.
— Расслабься, Аэнор.
— У Джины аллергия на орехи. Ей нужен ЭпиПен [13] , и она ничего не может есть, если у неё его нет.
— Ей нужно что?
Мой пульс участился.
— Это лекарство, чтобы сохранить ей жизнь, если она съест орехи. Когда я пробегала через рынок в Акко, там повсюду были фисташки и миндаль. Частицы в воздухе. Здесь ей не поздоровится.
13
ЭпиПен — это устройство для самостоятельного осуществления экстренных инъекций при возникновении внезапных опасных для жизни аллергических реакций. Выглядит как шприц-тюбик, которым просто нужно ткнуть в бедро. Там сработает поршень, который вытолкнет скрытую иглу и введёт человеку дозу адреналина. Можно делать прямо через одежду.
Он выглядел озадаченным.
— Люди могут умереть от поедания орехов?
— Некоторые могут.
Лир прижал руку к моей груди.
— Твоё сердце до сих пор бьётся неестественно быстро. Как у колибри. Перестань думать о человечке на две минуты, — он надавил мне на грудь. — Ты хочешь увидеть Нова Ис?
Моё королевство?
— Да.
В кончиках его пальцев запульсировал заряд, и в голове у меня закружились образы залитого солнцем сада и каменного дворца со шпилями, пронзающими облака. В близлежащей бухте покачивались корабли со сверкающими мачтами, а на холме благоухали разноцветные полевые цветы. Воздух наполнился пением маленькой девочки с запоминающимся мелодичным голосом. Это была песня о русалке с разбитым сердцем.
Теперь я могла её видеть. Она плела венок из одуванчиков, и её землянично-рыжие волосы блестели на солнце. Потом улыбнувшись, она протянула мне венок.
— Корона.
Я посмотрела на залив и вдохнула свежий солёный воздух.
Лир отдёрнул руку, и видение исчезло, лопнув, как мыльный пузырь.
— Как ты это сделал?
— Я просто передал тебе одно из своих воспоминаний. Теперь ты знаешь, что я пытаюсь защитить. Ты помнишь ту песню из Ис? Это была старая детская песенка.
Я отрицательно покачала головой.
— Нет. Я не помню песни.
— Ах. Мама часто пела мне, когда я был маленьким.
Пар поднялся вокруг меня. Лир провёл кончиками пальцев по порезу на моём боку, и наэлектризованный трепет пробежал по моей коже. Да помогут мне боги, мне нравилось, когда он ухаживал за мной.
— Дай-ка я посмотрю, куда они тебя пырнули, — он чуть приподнял мою рубашку сбоку, и его пальцы излучали жар. Тепло заструилось по мне.
Затем Лир резко остановился, пальцы замерли на месте.
С ужасом я поняла, на что он смотрит. Он придвинулся ближе, разглядывая шрамы на моём животе, и я потянула вниз подол рубашки. Его лицо находилось близко к моему, когда он склонился над ванной. Он позволил мне одёрнуть подол рубашки, но продолжал держать руку на талии. Его ладонь согревала меня через ткань, как будто он защищал шрамы.
Лир не отводил взгляда от моих глаз.
— Откуда у тебя эти шрамы?
— Это было очень давно.
— Но как ты их получила?
Я выпрямилась в ванне.
— Это было в Лондоне, незадолго до того, как ты увидел, как я вырываю сердце Сэма. Я шла, и тут вдруг кто-то ударил меня сзади по голове стеклянной бутылкой. Ещё один демон укусил меня в шею. Они говорили, что ненавидят фейри и женщин. Они избили меня до потери сознания и бросили умирать. Я проснулась со шрамами. Демоны бывают придурками, знаешь ли?
— Как мне их найти? — рыкнул Лир.
Я моргнула, уставившись на него. Он… он предлагал отомстить за меня? Как галантно и старомодно.
— Нет, смертоносец, — ответила я. — Я не жду, когда ты отомстишь за меня. Я уже давным-давно убила их.
— Надеюсь, ты вырвала им рёбра через спину.
— Нет, я воспользовалась револьвером, как нормальный викторианский житель. А потом я убила Сэма. Затем я переехала в Теннесси.
— Как ты вообще стала жить с человеком?
— Я жила со многими из них. Со многими в Теннесси, с некоторыми в Лондоне. Я помогаю им оставаться в безопасности. Я встретила Джину, когда убила древнего демона, который охотился на неё. А теперь мне нужно защитить её от фуатов, которые держат её в плену.