«Скрывает правду в тени».

— Это имеет какое-то отношение к фуатам, которые пытаются найти Нова Ис? — спросила я.

Он печально покачал головой.

— Я так не думаю.

Я уронила голову на руки и вспомнила фейри, который загнал меня в угол в переулке — того, с похожими на сумерки глазами, с крыльями, которых на самом деле не было. У него имелась сила, которая горела, как звезда.

— А что, если тот мужчина, который преследовал меня в Акко, и есть тот самый Безымянный? Что, если я упустила свой шанс?

— Твой шанс отомстить?

— Вернуть свою силу, — мои слова эхом отразились от каменных стен.

— Ты думаешь, это возможно?

— Он её забрал. Может, она всё ещё у него. На самом деле я понятия не имею, — я тяжело вздохнула. — Но ты веришь мне, что это он утопил Ис, а не я?

— Да.

Я почувствовала, как в моей груди что-то расслабилось, но Лир по-прежнему оставался задумчивым. Казалось, тени следовали за ним по пятам. Здесь царила мрачная атмосфера, дождь отчаянно барабанил по его щиту, и мне хотелось вывести Лира из угрюмого настроения.

Я вытащила зеркало для прорицания и почувствовала покалывание в затылке, когда прошептала заклинание, чтобы увидеть Джину. Ничего не изменилось, и она по-прежнему сидела в грязном каменном подвале. По крайней мере, кто-то дал ей воды, потому что влага смочила её рубашку спереди. Она спала, прислонившись к стене, рот её был открыт, грудь медленно поднималась и опускалась. Я опустила гадальное зеркало.

Лир перестал расхаживать и прислонился к стене.

— О чём ты думаешь, смертоносец? — спросила я.

— Не знаю, почему, но я как раз думал об изначальном Ис. Когда я жил с мамой, ещё до того, как стал Анку. Я плавал у берегов, мы пили одуванчиковое вино и обедали на свежем воздухе под дубами. Я помню ту странную музыку. Это мои самые счастливые воспоминания.

— Хочешь увидеть его снова? Старый Ис?

— Каким образом?

Я закрыла глаза и прошептала заклинание, чтобы вызвать в воображении высокие дубы из Ис. Они засверкали вокруг нас, и солнечный свет пробивался сквозь их листья. Затем я вызвала музыку Ис — мягкие, мелодичные колокольчики, звенящие в ритме движения.

Когда я снова открыла глаза, то обнаружила, что Лир не смотрел на мои иллюзии. Он уставился на меня широко раскрытыми синими глазами. Он выглядел потрясённым, почти благоговеющим. На самом деле это не более чем трюк для вечеринки, но я рада, что он произвёл на Лира впечатление.

— Ты ведь помнишь Ис, — тихо произнёс он.

— Я помню кое-что. Те моменты, когда я не была пьяна, — я позволила образам исчезнуть, но музыка продолжала звучать как далёкая колыбельная. — Ты, наверное, не знаешь заклинания, чтобы согреться?

Лир улыбнулся и лёг на каменистую землю, заложив руки за голову. Он повесил свой плащ сушиться.

— Я позволю тебе свернуться калачиком возле меня. Тебе будет тепло рядом с моим телом.

— Ты позволишь мне спать рядом с тобой? Твоё высокомерие просто невыносимо.

— Если хочешь, можешь одна спать на холодном камне.

Я легла там, где была, прислонившись к каменной стене, и обхватила себя руками.

— Я предпочту камни, спасибо.

Но даже когда эти слова слетели с моих губ, я знала, что они были ложью.

Лир казался чрезвычайно самоуверенным в этой ситуации, как будто его тёплое тело было настолько соблазнительным, что я просто неизбежно накинусь на него ночью.

Прижавшись к шероховатой стене, я обхватила себя руками поверх мокрой рубашки. Звуки музыки Ис по-прежнему тихо звенели вокруг нас, а дождь сильно стучал по входу в пещеру. Золотой шар света медленно начал тускнеть.

Усталость начала овладевать моим разумом, и мои глаза закрылись. Я могла бы уснуть здесь, даже несмотря на дождь, камни и ледяную сырость.

Но когда меня сморил сон, мне привиделось, что Лир подползал ко мне, как зверь. В некоторых снах я раздевалась догола, а он смотрел на меня, и его божественные глаза горели золотом. В других снах он подкрадывался ко мне и срывал с меня одежду. Он стягивал с меня шорты, ставил на четвереньки, и мой позвоночник выгибался дугой, пока его зубы впивались мне в горло. Наши тела были распалёнными и готовыми, двигались навстречу друг другу, и боги, как я жаждала его. Мне было нужно, чтобы он входил и выходил из моего скользкого тела, пока я не достигну дикого ада.