– Так-так! А наш отшельник оказался не такой уж и святой! Ну и где ты успел нагрешить?

Я поморщился. Для многих все, наверно, именно так и выглядело - нагрешил. Но не для меня. Лера вообще была тем подарком судьбы, которого я не заслужил. Хотя ничего в этом мире не бывает бесплатно. Взамен я терял ее мать. Упрямую женщину, не желавшую цепляться пусть даже за крохотный шанс. Но если она думала, что я это так оставлю - то знала меня очень плохо.

– Неважно, как это случилось, - ответил Эмме.
– Важно, что я не знаю, что мне с ней делать. Как себя вести. Как заслужить прощение за то, что не был рядом столько лет.

Эм сложила руки на груди и фыркнула:

– Вот так всегда! Позвал спросить совета, а сам не пускаешь дальше отмеренной тобой дистанции.

Она вздохнула недовольно, потом добавила:

– Как ее зовут, сколько ей лет, что она любит?

– Ее зовут Лера. Ей пять лет. Больше я ничего не знаю.

Явно произведя в уме какие-то подсчеты, Эмма уставилась на меня с любопытством, но ничего не сказала. Лишь поинтересовалась:

– Она злится на тебя?

– Похоже на то, - я запустил пальцы в волосы, потом растерянно спросил:

– Что мне с этим делать? Как завоевать ее доверие?

– Никак, - пожала Эмма плечами.
– Невозможно завоевать доверие специально. Не будешь же ты коварно тайком бросать кошку в реку, а потом мужественно спасать на глазах у Леры, чтобы вырасти в глазах ребенка!

– Хм, а этот план не так уж плох….

– Это не план, Рома! Просто будь с ней рядом. Возможности придут сами. А вместе с ними - и привыкание к тебе. И к тому, что ты теперь будешь в ее жизни всегда.

– В общем, рецепт, как всегда, универсальный - время, - криво усмехнулся я.

– Именно так.

Но времени-то у меня особо и не было. Точнее, его было мало у Ани. Нужно будет расспросить ее поподробнее об этой болезни сегодня же. Если, конечно, удастся выкроить на это пресловутое время. Но выбора не было - часы и минуты уходили, отсчитывая неизвестный мне срок, а я должен был что-то делать. Я ведь мог обеспечить ей самых лучших врачей! Как минимум - не помешал бы осмотр и у другого специалиста. В конце концов бывает всякое!

– Спасибо, Эм, - сказал я подруге на прощание перед тем, как подняться со своего места и отправиться домой, чтобы собраться на встречу с дочерью. И ее матерью, конечно же.

– Привет, - сказала мне Лера, распахнув дверь.

Я посмотрел на нее озадаченно и деликатно поинтересовался:

– Ты всем так просто открываешь на звонок?

– Вот еще!
– фыркнула дочь.
– Сначала я посмотрела в глазок.

Тут я заметил отодвинутый в сторону табурет и удовлетворенно кивнул:

– Очень предусмотрительно. Ты молодец.

Никак не отреагировав, Лера пошла вглубь квартиры, крикнув по пути:

– Мам, Роман Андреевич пришел!

Я ощутил, как от ее слов нутро полоснуло неприятным холодком. Очевидно, папой меня ни называть, ни признавать никто не собирался.

«Ну а чего еще ты хотел, Васнецов?» - насмешливо поинтересовался внутренний голос и я мысленно рявкнул на него, приказав заткнуться.

– Привет, - запыхавшаяся Аня вышла мне навстречу. От ее вида - слегка растрепанного, но притягательного - защемило сердце. Разве я мог допустить, чтобы она умерла? Это просто невозможно. Такого не должно произойти!

– Привет, - ответил просто.
– Ты в порядке?

– Что?
– выдохнула она, а потом, видимо, поняв, что я имею в виду, отмахнулась:

– Да. Я запыхалась, потому что воевала с банкой огурцов. Она не хотела открываться.

– И каков результат боя?

– Наши победили.

Я улыбнулся, стараясь не слишком откровенно на нее пялиться, особенно на грудь, четко проглядывающуюся под футболкой. Но это было просто невозможно - Аня так и притягивала взгляд. И так было всегда. Сколько я себя и ее помнил. Забавно было теперь вспомнить, со сколькими мальчишками я подрался из-за того, что они смели на нее смотреть! Вряд ли Аня подозревала, какой кучи потенциальных ухажеров я ее лишил за годы нашей дружбы.

– Я сейчас соберусь, - первой опомнилась она.
– Я быстро.

Слово Аня сдержала - уже десять минут спустя мы сидели в моей машине. Лера устроилась сзади, ее красивая мама - рядом со мной.

«Все как в тот день», - мелькнуло в голове. Я снова услышал визг шин и звон бьющегося стекла и, почти не отдавая себе в том отчета, глухо попросил:

– Пересядь.

– Что?
– не поняла Аня.

– Пересядь назад.