Она молча послушалась, я же проклинал себя за то, что приехал на своей машине. Мне понадобились годы, чтобы снова заставить себя сесть за руль. Но теперь, когда у меня была дочь, пожалуй, лучше было опять нанять личного водителя. Я не имел права рисковать чужими жизнями. Себе в достаточной степени я не доверял.

В том числе и по этой причине далеко от дома отъезжать я не стал. Лера ясно дала понять, что не хочет никаких подкупающих подарков и все, что я мог предложить в этом случае - просто пойти погулять.

Подъехав к стоянке, я припарковался и вышел из машины. Дождавшись, когда выберутся Лера и Аня, запер машину и кивнул в сторону парка по другую сторону дороги:

– Давайте вместе прогуляемся.

Мы пошли по улице до пешеходного перехода, и все это время Лера держала за руку мать, меня начисто игнорируя. Я шел рядом, терпеливо напоминая себе, что все это логично - ведь знал, что просто мне не будет. Лера очень умная девочка, и ее доверие и любовь были на вес золота.

Когда мы проходили мимо одного из магазинов, я заметил, как Лера замешкалась, притормозив на мгновение. Обернувшись, я увидел сбоку от себя книжный.

– Хочешь зайдем?
– предложил ненавязчиво.

Дочь тут же упрямо покачала головой, хотя от меня не укрылось, что этот гордый отказ стоил ей немалых усилий. Улыбнулся про себя - видимо, Эм была права. Возможности придут сами, а мне лишь нужно ими грамотно воспользоваться.

– Жаль, но нам все равно придется зайти. Мне нужно купить себе кое-что почитать.

– Ты любишь читать?
– спросила Лера с недоверием.

– Да, а что тут такого?

– Сейчас почти никто не любит читать.

– А я люблю. И ты, видимо, тоже.

Она кивнула, и когда мы вошли в магазин, первая же исчезла среди стеллажей. Кинув взгляд на Аню, я поинтересовался:

– Ей всего пять, а она уже читает?

– Скоро шесть, как ты понимаешь, - мать моего ребенка наградила меня красноречивым взглядом.
– Да, она рано начала читать, еще в три с половиной года. Лера очень развитый ребенок.

– Это я уже понял.

Нырнув, в свою очередь, в лабиринты книжных полок, через какое-то время я обнаружил дочь в разделе детской литературы. Она со вздохом листала книгу, явно тайком жалея, что не может унести ее с собой.

– Что это у тебя?
– поинтересовался я непринужденно.

Лера тут же захлопнула книгу и инстинктивно прижала ее к себе. Я мазнул взглядом по обложке - это оказался «Волшебник изумрудного города».

– Мне тоже нравилась в детстве эта сказка. У меня была точно такая же книжка, с иллюстрациями Владимирского.

– Я пока смотрела только мультик.

– А теперь можешь и прочитать. Клади свою книгу к моим.

Я протянул к ней руки, в которых держал небольшую стопку книг. Лера с интересом на них уставилась:

– Какое название смешное! «Обжора-хохотун»!

– Это Макс Фрай, - пояснил я.
– У него, точнее, у нее, замечательные книжки. Дам тебе почитать, когда подрастешь.

Лера отвела взгляд и с решительным вздохом поставила свою книгу обратно на полку.

– Давай возьмем, - снова предложил я.
– Это не подкуп, Лера. Это, если хочешь знать, моя инвестиция в будущее!

– Как это?
– нахмурилась дочь.

– Ну, если ты будешь много читать, вырастешь очень умной и многого добьешься. Значит, будешь, в свою очередь, баловать меня, когда я стану таким старым, что начну искать носки, которые у меня на ногах.

Лера не улыбнулась в ответ, но в глазах ее мелькнул проблеск озорства, дававший мне надежду.

– Ладно, - деланно вздохнула она и «Волшебник» опустился поверх «Обжоры-хохотуна».

Я поджал губы, чтобы скрыть улыбку. Моя первая, пусть и маленькая, но такая важная победа.

– А кто тебе больше всего нравится в этой сказке?
– поинтересовался я, пока мы шли на кассу.
– Мне - Железный Дровосек. Он умеет преданно любить, хотя физически у него нет сердца.

– Элли, - откликнулась на вопрос дочь.
– Я бы хотела быть на ее месте. Чтобы у меня были такие же верные друзья.

Я потрясенно замер на месте.

– У тебя нет друзей?
– попытался спросить как бы между делом.

Лера подернула в ответ плечиками:

– Мама говорит, что я умная, а таких многие не любят.

– Со временем все станет наоборот, - улыбнулся я.

Но на душе заскребли кошки. Мы были так похожи в своем одиночестве - отец и дочь…

– Я не знаю, как смогу ее оставить, - шепнула Тамаре, и голос мой сорвался.