Артур вздохнул, понимая, что дело идет не слишком хорошо. Знал ли он о том, что когда-то Элинор была любовницей Дэвина? Мог ведь и не знать.

— Ах, ну что за выражения! — рассмеялась Элинор. — Подцепить можно болезнь, хотя… да, я умею устроить любовную лихорадку.

— Госпожа Кавендиш прислала мне письмо, — с достоинством ответил Артур. — Рассказала, что отдыхает в наших краях, и захотела повидаться. Я и пригласил ее, не видя чего-то особенного.

— Когда-то мы встречались, — устало произнес Дэвин. — Сам понимаешь, меньше всего я сейчас хочу здесь видеть свою бывшую любовницу.

Артур удивленно поднял левую бровь: похоже, он действительно был не в курсе прошлых отношений своего друга.

— Да, — кивнул он. — Это выглядит каким-то анекдотом, честно говоря.

Элинор демонстративно закатила глаза — похоже, она не видела в этом ничего предосудительного.

— Самый главный анекдот здесь в том, — продолжал Дэвин, — что я не хочу, чтобы она здесь оставалась. Пусть даже как твоя гостья, Артур. Любая другая — приглашай, кого тебе только захочется. Но не она.

Артур понимающе кивнул. Элинор издала возмущенный возглас. Матиас сидел молча — рассматривал лицо Джеммы так, словно собирался нарисовать ее и мысленно уже делал набросок на холсте. Джемме сделалось неловко: взгляд художника, пусть и добрый, был слишком пристальным, словно Матиас пытался заглянуть Джемме в душу, туда, куда она сама не заглядывала.

— И что же? — удивленно проговорила Элинор. — Что же, ты выгонишь меня из дома?

Дэвин ухмыльнулся.

— Скоро вечер, — ответил он. — Даже я не настолько жесток, чтобы выставить тебя на болота. Переночуешь, но с утра возвращайся в свой Каллеватто и больше не появляйся здесь. Господин Штрубе, — добавил Дэвин, покосившись на художника. — Я попросил бы вас остаться. Хочу заказать портрет супруги.

— Да, благодарю вас за такую возможность, ваше высочество! — Матиас прямо расцвел от предложения Дэвина и заулыбался так, словно сбывалась его мечта. — Я с самого начала смотрю на ее светлость… мне бы хотелось изобразить ее в образе Веллами, богини садов… если вы не против, конечно.

Теперь уже Элинор покраснела от стыда и досады.

— Что ж, — сказала она, поднявшись с кресла. — Не желаю задерживаться здесь и на минуту. Благодарю вас, ваше высочество, за столь щедрое предложение, но я его не приму. Оставайся со своей рабынькой. Ты и правда недостоин благородного общества, твой отец был прав.

Дэвин сделал резкое движение правой рукой, и Элинор рухнула на место. Сейчас, разгневанная и задетая до глубины души, она казалась фурией, а не безголовой светской кокеткой. Подойди к такой — и она оттяпает тебе руку по локоть.

Джемме показалось, что она даже шипение слышит.

— Ты видела отца? — спросил Дэвин. Над головой Элинор поплыли черные растрепанные нити, и Матиас не выдержал, вскочил и воскликнул:

— Нет, ваше высочество! Прошу вас!

Дэвин бросил в его сторону такой взгляд, что художник замер, беспомощно опустив руки, и лишь добавил:

— Ей же больно…

— Не больно, — заверил его Дэвин. — Но она будет вынуждена говорить правду. Итак?

Артур нахмурился и тоже поднялся.

— Дружище, не стоит. Неужели ты будешь пытать женщину?

— Мне нужна правда, — негромко и очень спокойно произнес Дэвин. — Госпожа Кавендиш не просто так сюда приехала. Я подозреваю, что ее отправил в Хавтаваару его величество, и хочу узнать правду. Элинор?

Элинор откинулась на спинку стула и прошипела:

— Да! Он отправил меня в этот медвежий угол, чтобы я смотрела за тобой! Он решил, что ты не отвергнешь свою давнюю любовь! Я должна была отправлять ему донесе…

Элинор обмякла в кресле, лишившись чувств, и Дэвин опустил руку.

Джемма сидела ни жива ни мертва, словно заклинание правды пытало не бывшую любовницу Дэвина, а ее саму. Она понимала, что король не оставит сына без присмотра. Просто так выкинуть его из жизни — это было бы глупо, а его величество Кормак никогда не был дураком.

— Напрасно ты так, дружище, — угрюмо произнес Артур. — Она все-таки женщина.

Матиас смотрел так, словно Дэвин кого-то выпотрошил на его глазах и теперь стирал с рук кровь и ошметки мяса. Джемма испугалась, что художник тоже упадет в обморок.

Впрочем, чего еще ожидать от Принца-вороны?

Элинор быстро пришла в себя, и подоспевшие слуги проводили ее в одну из комнат в той части дома, которую Дэвин отвел для Артура. Артур последовал за ней, и Джемме показалось, что он готов сделать все для того, чтобы незваная гостья осталась: очень уж блестели его глаза, когда он смотрел в сторону госпожи Кавендиш.

Впрочем, Джемму это не удивило. Ей подумалось, что Артур и Элинор были знакомы в столице, и теперь Артур решил, что у них может случиться роман, раз уж светскую красавицу принес в эти края королевский приказ.