Страх постепенно разжимал пальцы, и это помогло Джемме опомниться. Сквозь наносную беспомощность стало пробиваться что-то похожее на понимание.

— Ты был здесь раньше? — спросила она.

Вороний король кивнул.

— Очень давно. Мир тогда был совсем другим.

Джемма увидела, как туман расступился, словно кто-то поднял серый занавес. Теперь перед ней не было сада — вместо него воздвиглись рыжие скалы, поросшие стройными деревьями, которые отдаленно напоминали сосны, а неподалеку серебрилось огромное озеро. Выбежал олень с пышной короной рогов, в воде плеснула крупная рыба. По небу разлилось синее и изумрудное зарево, словно выступило огромное, хорошо вооруженное войско.

— Северное сияние, — узнала Джемма. — Отец рассказывал мне о нем.

Вороний король усмехнулся.

— Да, твой отец успел о многом узнать. О сиянии, о тайных знаках на скалах, о мертвом воинстве в разрушенных башнях. — Он мягко провел ладонью по воздуху, и лес с озером растаяли в туманной дымке.

А Джемма вдруг поняла…

— Башни! — воскликнула она. — Башни, ну конечно же! У тьмы нет власти!

Мрак вскипел, охватив ее ледяными крыльями. Уши наполнило треском, визгом и хлопаньем, и в следующий миг Вороний король исчез, а Джемма с криком проснулась и села в постели.

Наступило утро — судя по маленьким изящным часам на прикроватном столике, Джемма проспала до девяти. Из сада слышалось щелканье ножниц: садовник подравнивал кусты, и в этом беззаботном звуке была надежда на то, что все еще можно исправить. С первого этажа доносился запах кофе, и Джемма подумала, что Дэвин не стал ее будить и пошел завтракать один.

— Сторожевые башни, — повторила она, словно боялась, что понимание, которое пришло к ней во сне, способно растаять и не вернуться.

Сейчас сторожевые башни лежали в руинах. Когда-то там были воины и маги, которые укротили его мощь и запечатали во мраке. Но годы шли, люди забыли о тьме под болотами, покинули ставшие ненужными башни, и Вороний король вернулся. Его некому было остановить.

— Мой отец знал об этом, — промолвила Джемма, выскользнув из-под одеяла.

Одеться, быстрее одеться и идти к Дэвину. Если взять из архивов бумаги отца, то они сумеют найти ответы. Вороний король останется во тьме. Он больше никого не убьет.

Переодевшись и умывшись, Джемма быстрым шагом спустилась в гостиную. Понимание того, что ей не придется уезжать, подгоняло и заставляло сердце стучать с утроенной скоростью. Конечно, это будет очень трудно, но Дэвин — могущественный маг, он справится, он оживит сторожевые башни и снова запрет тьму в болотах.

Гостиная была пуста — Джемма прошла в столовую и увидела, что слуга накрывает стол к завтраку. Она словно наткнулась на невидимую преграду. Где Дэвин?

— Доброе утро, ваша светлость, — поклонился слуга.

— Доброе утро, — растерянно кивнула Джемма. Где Дэвин, куда он ушел? Почему ничего не сказал ей? — Где его высочество?

Слуга пожал плечами, и Джемма вдруг подумала, что с этим парнем что-то не так. Он старался держаться спокойно и не выказывал волнения, но выглядел так, словно ему что-то мешало, — Джемма не знала почему, но ей вдруг показалось, что в эту минуту тихий голос пел ему песню, и он не мог ни закрыться, ни уйти от нее.

— Я не знаю, ваша светлость, он ушел рано утром. Господин Артур вернулся час назад, господин Штрубе рисует в саду. А господин Тернер…

— Уже здесь, — услышала Джемма и обернулась. Тернер стоял рядом с ней с самым дерзким и независимым видом. Причесанный, выбритый, одетый с иголочки — ведь и не скажешь, что провел ночь, ворочая бревна на пепелище. — Доброе утро, Джемма.

Слуга дотронулся до виска, поморщился и ушел на кухню.

— Доброе утро, — кивнула Джемма и вдруг подумала, что как раз Тернер и может ей помочь. — Мне нужно поговорить с вами.

Тернер нахмурился. Джемма невольно задумалась, что он сейчас может чувствовать. Вдруг на него именно в эту минуту обрушивается та вечная любовь, которую все так ждут? Ей сделалось не по себе. В груди снова ожило тепло — неприятное, колючее.

— К вашим услугам, — чопорно сказал следователь, — но давайте хоть чаю выпьем.

После того как служанка внесла дымящийся омлет с грибами и беконом, Джемма спросила:

— Вы упоминали о том, что работы моего отца засекречены. У вас есть к ним доступ?

Тернер ковырнул омлет и ответил вопросом на вопрос:

— Почему вы решили, что он должен быть?

— Вы человек короля.

Тернер усмехнулся.

— Да, это многое объясняет, — ответил он. — Что именно вы там хотите найти?

— Во-первых, все, что написано о сторожевых башнях, — призналась Джемма. — Вы можете не верить в Вороньего короля, господин Тернер, но это способно его остановить.

Тернер пожал плечами, отправил в рот кусок бекона и некоторое время смотрел в окно: Матиас стоял под яблонями и что-то рисовал с задумчивым видом. Джемма вдруг подумала, что он тоже слышит странное: художник хмурился и то и дело дотрагивался до виска.