…а ведь кому, как не Тойтеку, знать, какие деньги крутятся в фармкампаниях, а новая вакцина, эффективная вакцина… от чумы нет защиты…

Сердце заколотилось.

А из горла вырвался хрип.

— Правда, у меня вопрос, кого именно она хотела убить таким образом, — Кахрай отступил и, обойдя Тойтека, остановился напротив него. — Сомневаюсь, что тебя удалось бы использовать… в этом смысле…

Он крутанул рукой.

— Да и я… как-то вот…

А здесь ему Тойтек не поверил. Категорически. Очевидно, что рыжая девица нравилась Кахраю. И нравилась куда больше, чем следовало бы.

Плохо.

Отвратительно даже.

Эмоции порой заставляют людей творить весьма странные вещи.

— Или она просто про запас?

Он потер подбородок.

— Правда, зачем она их в стазис засунула, не понятно… — он мотнул головой. — Впрочем, неважно… Нас снимают с рейса. Тут дело такое…

Кахрай вздохнул.

Сцепил руки за спиной. Покачнулся, перетекая на пятки, а с них — на носки. Он явно пытался подобрать подходящие слова, и это Тойтеку не нравилось. Категорически.

— Вакцина не работает.

— Што? — это удалось произнести чисто, не иначе, как от удивления.

— Они воссоздали весь процесс. По записям. Вакцина не работает.

Да не может такого быть! Он ведь…

— Шеф предполагает, что в систему внедрили вирус. И твои отчеты изначально подвергались обработке. Систему, конечно, потрошат. Если повезет, найдут остатки, сличат алгоритм, но… сам понимаешь, вероятность ничтожна, — он развел руками, словно извиняясь за то, что Тойтек оказался не просто идиотом, но идиотом в квадрате.

В кубе.

В…

Он зарычал. И захрипел от злости. И кажется, сумел произнести пару слов.

— Женщины коварны, — согласился Кахрай, присаживаясь на край дивана. — Но правда в том, что теперь все, что есть у компании — это ты. И твоя голова, ценность которой возрастает многократно.

Тойтек кивнул бы, если бы смог.

— Полагаю, твоей подружке досталось, что не убрала тебя. Скорее всего приказ был на зачистку, но ты конкретно ее достал.

Неправда!

— Не сверкай глазами, все знают, что большего засранца, чем Тойтек Мискари в этом витке галактики нет.

Он не засранец.

Он просто не видел смысла тратить время на всякого рода глупости. Да и женщины… взять хотя бы его матушку с ее вечным гормональным непостоянством, когда она то парила от счастья без видимой причины для оного, то вдруг ударялась в столь же беспричинную меланхолию.

Слезы.

Крики.

Нервные стихи. И картины, смысл которых требовалось понимать, хотя смысла в цветных пятнах Тойтек не видел никакого. Ее уходы.

Возвращения.

И тихий отец, который постепенно терял краски, превращаясь в подобие человека. Ради нее он бросил карьеру, хотя мог бы достичь многого, но разве талантливая поэтесса могла тратить себя на домашнее хозяйство? На ребенка? На что-то, помимо творчества? И вереницы любовников, существование которых она и не скрывала, провозгласив свободу в отношениях.

И при этом она твердила о любви.

Высоких чувствах, которые должны понять все. Правда, почему-то понимание должно было касаться лишь ее, а стоило отцу уже после развода привязаться к кому-то, и мать вновь же обвинила его в предательстве. Нет, Тойтеку такого семейного счастья не нужно.

— Но нам повезло. И пока все еще везет, но бесконечно это продолжаться не может, — Кахрай скрестил руки на груди. — На следующей точке нас снимут. Переведут на военный фрегат. Есть основания предположить, что Рахх захочет наглядно продемонстрировать свои достижения.

У Тойтека почти получилось склонить голову.

— А значит, им нужен будет полигон.

И еще ниже.

— Тоже думал? В центральные миры они не сунутся, да и на дальних ветках им делать нечего. Не будет особого резонанса. Стало быть, остаются миры промежуточные, второй-третий тип.

А это сотни и сотни планет.

— Если отбросить густонаселенные, — Кахрай загнул палец, — их не тронут, слишком велик риск, что эпидемия выйдет из-под контроля. Также вычеркнем миры с низкой плотностью населения, типа аграрных или горнодобывающих. Там наоборот, эпидемия вряд ли разовьется. Останется пара десятков. И да, их возьмут под наблюдение, но…

…чума опасна в том числе и периодом инкубации, когда человек визуально здоров, но уже заразен.

— Ввести общее чрезвычайное положение на одной аналитике не получится, — Кахрай говорил спокойно, и Тойтек даже знал, к чему он ведет. — Был шанс, что удастся получить вакцину до начала, но… говорю же, не вышло. Даже если они вирус поднимут, то все одно шансов на успех мало.

И что остается?

Тойтек.

И его голова. Его знания, которые из этой головы добудут, несмотря ни на что…