Ричи выделил мистеру Уизли карт-бланш на трату миллиона галлеонов на взятки Председателям МКМ. Этого мало для весомого перевеса, но в настоящий момент мальчик был ограничен в волшебных денежных средствах. Весь расчет строился на том, что совокупных голосов будет достаточно для принятия положительного решения.

Ричарду пришлось в разговоре по магофону с Артуром Уизли использовать множество аргументов, чтобы убедить его в необходимости принятия такого закона ради процветания волшебников всего мира. Мистер Уизли оказался слишком честным для того, чтобы предлагать кому-то взятку. Но все же графу Гросвенору удалось найти аргументы для убеждения Артура. Он и пугал его опасностью деградации волшебников при активном росте магловских технологий, и убеждал, что такой шаг необходим для поддержания магической экономики, а главное, для выхода волшебников в космос и поиска новой планеты, на которой маги счастливо заживут без маглов, смогут там иметь столько земли, сколько пожелают, будут делать всё, что захотят, без оглядки на статут секретности, сумеют поселить на другой планете волшебных животных и развести их в огромных количествах для получения большого количества ингредиентов для зелий и прочего. А чтобы найти такую планету и вообще выйти в космос, нужно как-то взаимодействовать с простыми людьми: покупать у них сталь и прочее для строительства космического корабля. Лучше совершать покупки, продав что-то свое, замаскированное под магловскую продукцию, чем украсть и тем самым более серьезно нарушить статут секретности.

Помимо того, что Артур был честным, он оказался легковерным идеалистом, поэтому через три таких разговора Ричи не только убедил мистера Уизли, но и заразил его небывалым энтузиазмом. Артур приступил к выполнению поставленной задачи – донести взятки до нужных волшебников.

Ох и тяжелое это дело – международная политика, что у простых людей, что у волшебников. Но суть одна – все политики продажные, просто у некоторых из них ценник слишком заоблачный. Но Ричард воспринимал это как тренировку, ведь в будущем ему предстоит заседать в верхней палате Лордов.

Оставлять место в палате Лордов на откуп выборным Лордам Ричи не собирался. Режим работы там крайне щадящий: полтора часа в день три раза в неделю. При этом каждый час работы неплохо оплачивается, плюс компенсируются расходы на проезд, даже если будешь добираться до места на вертолете. Но и это не все. Аристократу с наследным местом в палате Лордов сразу светят очень высокие карьерные перспективы, можно занять должность министра или стать не менее значимой фигурой. А это большие деньги, множество законных способов ухода от налогов, на которые не то, что закрываются глаза, они даже негласно поощряются. Ведь там, в правительстве, много Виндзоров, свои люди с огромными состояниями. Кто же на родню будет катить бочку? Рука руку моет.

Кстати, трастовый фонд – это не только способ защитить состояние от перехода в чужие руки, но и прекрасный способ ухода от налогов, например, наследники доли в таком предприятии не заплатят ни пенни, а с обычного наследства им бы пришлось раскошелится на сорок процентов от рыночной стоимости имущества. Так что Ричи собирался в будущем перевести "Гросвенор Джуниор" под крылышко трастового фонда, ведь его компания вроде бы и дочка "Гросвенор групп", но на бумагах самостоятельная фирма. В общем, как это водится в больших финансах, все запутано, чтобы людям с улицы мало что было понятно, а свои разберутся, что к чему.

На все дела граф Гросвенор потратил много времени и нервов – октябрь пролетел в одно мгновение.

Учеба шла своим чередом, трансфигурация и зельеварение Ричарду давались со скрипом, ему приходилось тратить очень много времени на отработку заклинаний по предмету Макгонагалл, а на зелья не оставалось времени. Наверняка у Ричи получилось бы выучить множество новых чар, которые в огромном количестве можно найти в библиотеке, но занятия у мадам Марчбэнкс давали знать о себе. Юный волшебник с фанатизмом доводил до идеала любое новое заклинание, будь то превращение спички в иголку или улитки в заварной чайник.

Вообще формулы заклинаний трансфигурации были универсальными. То есть если ты научился превращать спичку в иголку, то сможешь превратить полено в меч или в лопату, топор и так далее. Так что Ричи со спичек перешел к маленькой палке, которую превращал в нож, ложку, вилку, черпак, гаечные ключи, отвертки, пассатижи, бокорезы, ножницы и даже в мультитул, а затем приступил к превращениям бруска, создавая более весомые и сложные стальные изделия. Следующим этапом стало избавление от вербального компонента.

При всей неприязни к юному Лорду профессор Макгонагалл вынуждена была ставить ему высшие оценки.

А зелья… Это не его. Не дело аристократа варить бурду в котле, так что от Снейпа Ричарду постоянно прилетали нелестные комментарии. Но опять же, все по делу. А слушать Ричи умеет, как и вычленять информацию. Там, где обычный ребенок услышит упрек и проигнорирует замечание, еще и обидится, Ричи спокойно вычленял суть, так что мотал все замечания на ус и больше таких ошибок не допускал, отчего варил волшебные супы не намного хуже учеников Равенкло и был в этом деле лучшим из Пуффендуйцев-однокурсников.

Проснувшись утром в канун Хэллоуина, Ричард почувствовал запах запечённой тыквы – непременного атрибута этого праздника. Казалось, этот аромат пропитал весь Хогвартс, но на самом деле сказывалась близость общежития Пуффендуя к кухне.

В этот день профессор Флитвик объявил, что, по его мнению, ученики готовы, наконец, приступить к изучению чар, о чем давно мечтали многие. И лишь Ричи был разочарован, ведь в качестве заклинания преподаватель дал чары левитации, которые юный Гросвенор мог наколдовать среди ночи с закрытыми глазами, невербально и даже без палочки.