Позади зашуршали кусты. Я оглянулся. На поляну осторожно выглядывала Ада. Поняв, что её заметили, она вышла на свободное пространство. И, честное слово, лучше бы она этого не делала. Мыслить трезво от её вида стало ещё труднее.

Платья на ней уже не было. Если быть откровенным, на ней вообще ничего не было. А у меня было — штаны, которые жутко давили в причинном месте, и давление совершенно не собиралось уменьшаться. Подозреваю, что эта зеленокожая дамочка имеет прямое отношение к тому беспределу, что сейчас происходит.

— Ада.

— Что?

И взгляд такой невинный. Мне же пришлось буквально держать Катрину за руки, потому что сдаваться и проигрывать этот бой с ремешком она явно не хотела.

— Ты знаешь, что. Давай, вырубай свою вонялку, а то нам утром ехать и в дороге нам обоим очень пригодятся силы.

— Но я ничего…

— Вот мне-то врать не надо. Я тебя не первый день знаю. Да и цветочки твои по краям поляны я прекрасно вижу, а раньше их там не было.

— Ладно.

Девушка грустно вздохнула и цветы, повинуясь начальнице, послушно закрылись и исчезли в неизвестном направлении.

— И больше так не делай.

Дыхание всё ещё было возбуждённым, хотя, как только подул лёгкий ветерок, дышать стало полегче, и замутнённое сознание потихоньку стало проясняться. А вот суккуб, в отличие от меня, всё так же остервенело пыталась добраться до заветного ремешка.

— Да что ж он тебе так сдался-то?!

Дёрнув девушку за руки, я подтянул её лицо к своему. Как показала практика, сделал я это напрасно: такого дикого и яростного поцелуя у меня ещё никогда не было. Было такое чувство, что она меня так целиком высосет. Однако, она очень быстро начала успокаиваться. Как оказалось, дриада осторожно подошла, и, присев рядом, положила ей руку на шею. Уж не знаю, как, но, видимо, она каким-то образом вытягивала сильнодействующее вещество из лежащей на мне дамы. В конце концов, Катрина полностью обмякла. Но, ненадолго. Распахнув свои горящие глаза, она с испугом уставилась на меня.

— Простите, господин! Я-я не знаю, что на меня нашло!

С этими словами, она резко отпрыгнула от меня и уткнулась лицом в траву. Её хвост при этом, словно плётка, хлестал окружающее его пространство. При этом её попа как раз оказалась под лучами заходящего солнца.

— А я знаю. Вот эта мадам всему виной.

Я пальцем указал на дриаду, которая приветливо улыбнувшись, помахала ручкой.

— А теперь спать. Раньше выедем — раньше доедем.

Земля под спиной тут же плавно просела, образовав уже привычную ямку. На дриаду заползла пижама, и она беззастенчиво забралась мне под левый бок, пристроив головку на плече.

— И ты иди сюда. Чего мнёшься-то?

Катрина неуверенно подошла к краю ямки и виновато потупила глазки. Словно нашкодивший котёнок. Ну, или щенок.

— Господин, вы, правда, не сердитесь?

— Правда.

Кивнул я.

— Давай, забирайся.

Она аккуратно спустилась и легла под правым боком. Вскоре девушки спокойно засопели, а вслед за ними в сон погрузился и я.

Проснулся я очень рано. Даже солнце встать не успело, а у меня уже сна ни в одном глазу не было. Аккуратно, стараясь не разбудить спящих девушек, я выбрался из ложбинки и, сняв с ветки седло, начал седлать коня, который до этого мирно пасся на соседней поляне.

— Да, родной, нам снова пора в путь.

Ответом мне послужило молчание. Но и сопротивляться конь был не намерен. К седлу я прицепил сумку, в которую положил остатки вчерашнего шашлыка и заполненную флягу с водой. Сначала я думал оставить Катрину, да и свалить по-тихому, но…

— Господин, вы уже собрались?

— Ага, как раз собирался тебя будить.

— Правда?

Шёпот девушки прозвучал у меня прямо за спиной. От такой неожиданности я вздрогнул.

— Правда. Но больше так не пугай.

— Постараюсь.

Обернувшись, я увидел весело улыбающуюся суккуба. Руки она держала за спиной, а её хвост плавно вилял из стороны в сторону.

— Надо бы и Аду разбудить. Не уходить же нам, не попрощавшись.

— А я сама проснулась.

Вот теперь я буквально подскочил на месте.

— Ох ты ж ёб! Ты издеваешься?

— Ну, откровенно говоря, да.

Девушка стояла в своей пижамке и, держа руки за спиной, выводила в траве пальчиками ножки какие-то узоры. Глаза её были опущены, из-за чего её лица я не видел, но был на все сто пятьдесят процентов уверен, что она ехидно улыбается.

— Я вам открыла прямой проход через лес. Но!

Когда дриада подняла глаза, её взгляд был твёрдым и собранным.

— Вы должны вернуться целыми и невредимыми. Оба. Обещай.

— Я…

Зелёный пальчик моментально оказался у меня перед лицом.

— Обещай!

Сдался я под таким напором быстро:

— Обещаю.

Зелёное личико мигом разгладилось, а на губах появилась улыбка.

— Вот и славно.

Она быстро чмокнула меня в щёку, после чего отошла.

— Удачной дороги.