Алмус бросил на нее еще один странный взгляд.

— Я же школу не закончил, кто меня возьмет? Экзамены на мастерство в гильдии не сдам, лицензию не получу. А без нее — какая работа?

— Так может тебе того, вернуться в школу-то? — обрадовалась Петровна. — Пересдашь, доучишься — и всё в порядке будет.

— Лишней сотни золотых у меня нету. Плюс за пересдачу тридцать. Так что увы, — мальчишка невесело усмехнулся, — а еще экзамен на мастерство и лицензия — еще около ста золотых. Это если с первой попытки получится. Кстати, совсем забыл, нам еще надо вам документы сделать.

— Какие документы? — удивилась Петровна.

— Те самые, которые ты, бабуля в дороге потеряла, когда из Берстолии сюда ехала, — произнес Алмус. И извиняющимся тоном добавил. — У нас к бабушкам и родителям принято обращаться на «ты».

— Вот и обращайся, — ободряюще улыбнулась Петровна. — Я не против. А с деньгами что-нибудь придумаем.

Алмус улыбнулся ей в ответ, но тут же взгляд его стал серьезным.

— Мы так и не выяснили, что с тобой происходит. Может это наш мир на тебя так влияет? Если так, то плохо.

— Заклятье долголетия, ты забыл? — попыталась отшутиться Петровна.

— Так это для живых, а ты упорно пытаешься превратиться в призрака. А если в следующий раз меня не окажется рядом? — Алмус нахмурил брови и посмотрел на нее с тревогой. — Бабазина, а может… — мальчишка замер, пораженный догадкой, — может это комната бабулина на тебя так влияет? Давай ты временно переселишься в гостиную?

Эта мысль показалась Петровне здравой.

Именно так она и поступила. И хотя диван в гостиной оказался жестким и неудобным, проснулась она бодрее, чем прежде.

Утром, когда Алмус ушел на работу, Петровна вновь отправилась в мастерскую Галкеи. Та сегодня оказалась не в духе, но урок провела, и к концу занятия к призрачной бабуле вернулось ее привычное расположение духа. Она даже не стала сильно распекать Петровну за то, что та испортила зелье, перепутав сушеные крысиные хвосты с крысиными лапами.

— Что-то ты сегодня рассеянная, — произнесла она. — Чем твои мысли заняты?

И Петровна, вроде бы и не собираясь грузить ее своими переживаниями, принялась рассказывать о вчерашнем инциденте.

— А, это побочный эффект, — махнув рукой, засмеялась Галкея. — Бывает. Твое тело еще не привыкло к новой роли. И магия, которая в тебе есть, встраивает тебя в наш мир таким странным образом.

— Алмус волнуется, — вздохнула Петровна. — Я ведь так ему ни о чем не рассказала, ни про тебя, ни про нашу учебу.

— И правильно! — воскликнула Галкея. — Не надо ему пока знать. Помешать может. А если ты так о нем беспокоишься, могу предложить одно средство, которое поможет твоему телу привыкнуть быстрее. У тебя отличные способности, с этим зельем ты сможешь быстрее набрать опыт, получить лицензию и денег заработать для Алмусовой учебы. Он мальчик талантливый, ему обязательно надо вернуться в школу.

— Хорошо бы, — произнесла Петровна. — Но, честно говоря, у нас и на экзамен в гильдию, и на лицензию для меня денег тоже пока нет.

— Деньги — дело наживное, — усмехнулась Галкея. — Ты же мастерица продаж. Помнишь, как ты какой-то бабе кастрюли старые продала?

Петровна посмотрела на нее озадаченно. Случай такой был, но она совершенно не помнила, чтобы рассказывала о нем Галкее.

— Рассказывала, рассказывала, — громко рассмеялась та. — Просто забыла. Зелье для памяти хлебни. Вон, синий флакон на верхней полке. Непротухаемое, оно от времени еще лучше стало, точно тебе говорю.

Но Петровна все-таки отказалась, не смотря на уговоры. Состав этого зелья они обсуждали, но, к счастью, не варили на вчерашнем занятии. Идея употребить вовнутрь помет летучих мышей с толчеными зубами волка и шерстью мертвой собаки (не считая остальных сомнительных ингредиентов) ее не вдохновляла.

— Ну как знаешь, — скрывая недовольство, отстала от нее Галкея. — Не хочешь — не надо. Но об ускоряющем зелье советую подумать. Оно не быстро варится. Да и отстояться должно.

Воспоминание о проданных когда-то кастрюлях напомнило Петровне о том, что, кроме старых зелий, при осмотре дома они с Алмусом нашли еще много потенциально продажных вещей. И в тот же вечер, покинув мастерскую, она решила ими заняться, тем более что все они, сваленные в кучу ждали ее в спальне — далеко ходить не надо. Хоть она и устала после занятия, разлёживаться было некогда. Чтобы противостоять притяжению кровати, Петровна сгребла их в коробку и утащила в гостиную.

Идея выручить денег так ее взбодрила, что силы вернулись. Прикинув, какими вещами стоит заняться в первую очередь, она отложила их в сторону и отправилась готовить ужин, собираясь встретить «внука» овощной запеканкой.

Алмус вернулся усталым и настороженным, с царапиной на щеке. Увидев Петровну, сразу повеселел. На вопрос «откуда царапина», ответил, что случайно получилось, когда мусор выносил. Взгляд его, отведенный в сторону, Петровне не понравился. Глядя, как мальчишка уписывает ужин, она решилась, и утром сообщила Галкее, что согласна на ускоряющее зелье.