– Весь мир - ваша земля. Боги - они повсюду, и служить им можно по-разному. Думаю, мишура торжественных церемоний не нужна небожителям, она выдумана смертными. Учитесь обходиться без нее! Боги в каждом из нас...

Затем он сказал погромче, чтобы слышали все:

"Надо только помнить, что вы свободные, вольные Люди! Так ли говорю, други?"

Гребцы согласно закивали.

Немного помолчав, Инегельд добавил уже тише:

– Что до меня - я ничего не забываю...

Ни хорошего, ни дурного.

Влада незаметно подошла к брату сзади и обняла его.

– А, сестренка! Что случилось? ласково произнес Всеволод.

– Сев! Мне надо сказать тебе что-то важное!

– Датский шнекар слева по курсу!
– раздался крик впередсмотрящего.

– Это по нашу душу. Поднимай всех.

Сейчас нам понадобится каждый клинок. Если отобьемся - считай, спаслись!
– услышал Сев голос теперь Верховного Волхва.

Он давно уже признал первенство Инегельда, как более опытного, умелого и сильного, хоть на силушку и сам бы не пожаловался. Гибель Светланы сблизила двух мужчин, что, увы, нередко бывает, только после смерти любимых и близких.

– Может, уйдем?

– Нет. Люди измотаны, - ответил Инегельд.

– Знаешь! Я думаю, в конце концов, у ихнего Тюра всего лишь одна рука, против нашего-то Ругевита.

– Если бы дело заключалось только в количестве рук...
– усмехнулся волхв.

– Все равно, одна голова - хорошо, а семь - лучше. Суши весла! крикнул Сев и двинулся вдоль борта по проходу между скамеек.

– Всеволод! Ты слушаешь меня?
– не обращая внимания на сигнал тревоги, Влада не отставала от него.

– Обожди, сестра. Разве не видишь? Ну, что тебе!

– Не кричи и не сердись! Ты слушаешь?

– Да, да! Пристала, как банный лист, - сердился он, - Только давай быстрее!

– Нет, ты меня не слушаешь! Да, остановись же, в конце концов! У меня будет ребенок! Ты понимаешь!

Это сын Ингвара.

– Ты уверена?
– опешил Сев.

– Да, я точно знаю, что будет мальчик. Я это чувствую.

– Я не о том! Ты уверена, что носишь в себе...

– Глупый вопрос!
– гневно оборвала его Влада- Жаль только, отец никогда об этом уже не узнает.

– Когда ж вы успели ? Дура! Ой, дура!

Да, как ты посмела спрятаться тогда в погребе!

– Понимаешь... Он еще со Святобором на материк уходил, а я боялась, я так боялась, что он не вернется... А потом, Ингвар был такой странный, словно подменили. И я не решилась сказать ему, - расплакалась сестра неожиданно.

– Ладно, все и так видно - без слов.

Слезами отца не воскресить! Разберемся с данами - потом поговорим! сухо бросил он и принялся расставлять людей, сквозь зубы поминая нехорошими словами Чернобога и всех баб на свете.

– Что случилось?
– удивился Златоус, - Ты сам не свой! Охолодись! Это на тебя не похоже.

– Что- что? Племянник у меня будет! Вот что!
– отвечал Сев.

– Так, это замечательно!

– А я разве против!

Инегельд пристально следил за быстро приближающимся врагом. Змеиная голова шнекара высовывала ядовитый раздвоенный язык и словно пыталась укусить жертву. На иссиня черном парусе преследователя не было никакого рисунка. Тем более не было зловещего креста, который ныне малюют все, кому не лень. Неужели древний знак ариев и в самом деле служит христианам охраной!

На палубе вражеского судна он насчитал семь десятков белобрысых рослых викингов, вооруженных преимущественно топорами и небольшими широкими мечами. Многие были обнажены по пояс, выставляя на показ крепкие загорелые тела, покрытые татуировками и рыжим волосом. Он услышал, как загремели круглые скандинавские шиты, снимаемые с бортов, как скрипнули взводимые тугие арбалеты. Инегельд видел, что и от этого страшного противника им не ждать послабления.

Он понял, насколько кровавой и беспощадной будет эта схватка.

Сомкнув ряды щитов, руги спокойно ждали неминуемого нападения и готовились отдать собственные жизни возможно дорого. Златоус и Сев, ободряя соратников, давали для порядка последние советы. Впрочем, в них никто не нуждался. Выжили тоже далеко не слабые и не менее опытные воины. Просто, неторопливая речь командиров снимала напряжение, повисшее в тишине над водами Янтарного моря. Лучники подбрасывали в воздух пуховые перышки, стараясь правильно учесть ветер при выстреле.

Викинги приблизились в грозном молчании.