Прекрас-с-сно! Запахло паленым…

— Марианна, у тебя воротник дымится.

Ян привычно проговорил комбинацию заклинаний, одновременно убирая последствия всплеска эмоций, и умолк, давая мне время успокоиться.

Я позволила ему проявить заботу. Стояла и, недовольно морщась от запаха тлеющей шерсти, внимательно смотрела на жениха.

«Что с ним делать?», — такой вопрос терзал девичью душу. Пока приглядывалась, заметила, что он похорошел за последнее время: стал выглядеть мужественней, одеваться дороже и со вкусом, привел прическу в порядок…

И пусть его родители строят планы только на старшего сына, финансируя все телодвижения того, зато мой Ян сам не промах: строит грандиозные планы и прёт к цели напролом. Мой. Да, я привыкла считать его своим. Да и от свадьбы он не отказывается, хотя знает о моем даре огня, приводящем к вспышкам неконтролируемого гнева, и о так называемом проклятье… Нет, расставаться прямо сейчас было бы глупо, но и оставлять Яна холостым еще на год — рискованно. Уведут!

— Марианна, мы идеально подходим друг другу, — уловив смену моего настроения, жених снова пошел в наступление. — Ты ведь знаешь это.

Знаю? Пожалуй. Мне с Яном легко. Наверное, смогла бы прожить с ним хорошую долгую жизнь. Пусть он никогда не говорит слов любви, старательно подбирая синонимы, это ничуть не мешает. Я вот тоже не горю желанием признаваться в каких-то невероятных чувствах…

Что ж! Разбрасываться такими мужчинами — глупо, да и отказаться от него я всегда успею. Пусть устраивается при той правой руке, а я еще подожду.

— Хорошо, — нацепив на лицо улыбку, постаралась выглядеть максимально милой. — Если это все и правда для нас…

— Марианна! Какая ты умница! — Он крепко прижал меня к себе, поцеловал в висок и шепнул в ушко: — Поверь, через год, а может и раньше, все изменится! И мы обвенчаемся, как мечтали. Я хочу этого не меньше тебя. Милая моя…

Андрис Геррард

— Макс… эй. — Я осторожно прикрыл за собой дверь и, на миг отрешившись от всего, воспользовался даром. Нужно было определить, сколько живых в помещении.

Максимилиан шевельнулся на постели, открыл один глаз и сразу зажмурился от света, бьющего в окно.

В то время я уже знал, что мы в дерьме, и очень старался сдержать яростную тираду. Этому говнюку все равно ничего не доказать с наскока — придется ждать, пока он окончательно протрезвеет.

— Твою ж мать, — пробормотал принц, мотнув головой, и сразу зашипел от неприятных ощущений. — Что ж так плохо?

— Макс. — Я подошел к постели, ожидая, пока его гребаное высочество обратит на меня свое драгоценное внимание.

Вторая попытка посмотреть на меня оказалась для него более удачной. Щурясь и морщась, он хрипло спросил:

— Где мы?

У меня не было цензурных слов для достойного ответа, потому я просто перевел взгляд левее. Принц — умница просто — догадливо повторил мой маневр.

— Твою мать. — Он поднял к лицу ладонь и протер большим и средним пальцем глаза, после чего снова уставился на «соседку», делившую с ним ложе. — Это сколько же я выпил?

Я вздохнул, мысленно напоминая себе, что принц нетрезв, не умен и не догадлив, зато очень вспыльчив.

— Присмотрись, — только и попросил, заложив руки за спину.

Рядом с Максом, на разобранной постели, лежала Исса — жена одного из дипломатов Хистиша. Красивая, как богиня, но в то же время холодная, как рыба. И последнее прилагательное — вовсе не метафора.

— Мертва, — подтвердил я худшие опасения Макса.

Продвинувшись на несколько шагов левее, я встал с ее стороны кровати и, осторожно откинув одеяло, стал рассматривать труп, комментируя увиденное: — Полностью обнажена. Заколота в сердце фамильным кинжалом Буджерсов — тем самым, что ты показывал делегации вчера в качестве хвастовства. Не тронь рукоять. Законники и эксперты уже в пути. Исключительно те, кому я доверяю.

Принц прижал ладонь ко рту и что-то промычал.

— Не понимаю, — отозвался я.

— Может, можно как-то?.. — он снова умолк и стал выбираться из постели.

— Осторожней! Я уже вызвал некроманта для допроса. Надеюсь, успеет узнать хоть что-то. — Нахмурившись, заметил несколько синяков на груди женщины и на ее шее. Она изрядно помучилась перед смертью. Сцепив зубы, продолжил осмотр. Эра Исса была голой, но факт насилия мог подтвердить лишь эксперт. Посмотрев на Макса, качнул головой: он не стал бы. Секс — его страсть, но не до такой степени. Однако если они переспали до убийства, то доказать что-то будет крайне тяжело. Только бы обошлось…