— Мы не можем запретить людям думать, — ответила ей сидящая напротив сьерра О'нил, — так зачем тогда волноваться? И потом, мне кажется, вы упускаете еще один важный момент.

— Какой?

— Не думаю, что мы единственные приедем ночью.

Мэди нахмурилась, а я, чуть поразмыслив, улыбнулась:

— Еще бы! Это ведь шанс первыми привлечь внимание принца.

— Вот именно, — сьерра кивнула, перенесла магический светляк ближе и, осторожно расправив нитку, продолжила вывязывать замысловатый узор.

— Еще хуже! — Мэди закатила глаза. — Теперь они решат, что мы просто горим от нетерпения показать себя! Это так унизительно.

— Хватит стонать, — я повернулась к сестре, — можно подумать, нас сослали на каторгу, а не во дворец. Разве не все равно, что они подумают? Вот Ян…

— Ах, ну конечно! Корст будет волноваться, куда же девалась его ручная невеста?

— Что значит ручная?

— Как обезьянка в цирке. Одомашненная, приученная к рукам! Все тебе нужно объяснять по пять раз…

— Достала! — Я толкнула сестру в бок. — Сейчас узнаешь, кто здесь обезьянка!

— Сама напросилась. — Мэделин быстро оправилась от тычка и кинулась на меня, чтобы моментально замереть в самой неудобной позе.

Я, к слову, тоже потеряла возможность двигаться.

Теперь мы обе косились на продолжающую вязать сьерру О'нил и ждали ее приговора.

— Десять минут, — постановила она. — Этого времени как раз хватит, чтобы вы успели обдумать свое неподобающее поведение. А пока я расскажу вам одну замечательную историю о своей кузине Эллис…

Я хотела рвать и метать, но — увы — магические силки нашей гувернантки держали крепко, и поделать с этим можно было только одно: смириться. Через два дня, когда мы с Мэделин официально отметим свое совершеннолетие, Дарлин О'нил потеряет возможность «успокаивать» нас таким вот варварским способом. А пока мы все еще значились детьми, и соглашение, заключенное между ней и родителями, продолжало действовать.

Прислушавшись к монотонной речи, я едва не застонала от скуки.

— Воспитание, самообладание и достоинство — важнейшие факторы, отличающие человека разумного от сволочи. Моя кузина Элис забыла об этом и поплатилась честью семьи… — продолжала говорить сьерра О'нил, сворачивая вязание и убирая в корзину. — Эта поучительная история в который раз заставит вас задуматься над тем, как следует поступать. Так ведь?

Она внимательно посмотрела на нас с сестрой и легко взмахнула рукой, произнося замысловатое заклинание.

— У-уф, — Мэделин зло сверкнула глазами, но больше ничего не сказала.

— Шея затекла, — пожаловалась я, растирая кожу и недовольно поглядывая на сьерру Дарлин.

— Так разомни ее, деточка, — улыбнулась наша добрая гувернантка, — показать тебе, как делать гимнастику в таких случаях?

— Спасибо, не надо.

Больше за всю дорогу мы не произнесли ни слова. Мэди пыталась спать, но безуспешно: сьерра О'нил успела провалиться в бессознательное состояние раньше и теперь храпела так громко, что даже думать становилось тяжело. Потому я просто смотрела в окно, пока мы не достигли портального перекрестья. Дальше в глазах зарябило, и я отгородилась от места прыжка шторкой.

Остановившись у указателя, водитель экипажа вышел, чтобы оплатить телепорт в столицу, а позже вернулся и, дождавшись звона колокольчика, поехал вперед, громко предупреждая:

— Внимание, прыгаем!

Мы с Мэделин одновременно переглянулись и, с гаденькими усмешками, схватились руками за сиденье.

Экипаж понесло вперед, тряхнуло, дернуло в сторону.

Дарлин О'нил в какой-то момент распахнула глаза и выкрикнула нечто неразборчивое на родном языке, едва успев удержаться за ручку двери.

— Переход, — поняла она. Посмотрев на нас, прищурилась и добавила: — Хорошо, что ваша старая сьерра не злопамятна…

И сразу расхотелось улыбаться.

ГЛАВА 2

Андрис Геррард

— Где он? — Ко мне в кабинет рвался Макс. — Андрис!

— Простите, ваше высочество, он сейчас не готов принимать, — услышал я Тина. — Старший советник истощен и…

— Ничего! Полежит, я все сам сделаю! — Макс злорадно хмыкнул и вошел.

Кто бы сомневался.

Я открыл один глаз и чуть повернул голову.

— Отдыхаешь? — Принц быстро приблизился, схватил стул и сел, закинув ногу на ногу. — Поговорим.

Закрыв глаза, я вернул голову в исходное положение. Казалось, будто мозг вот-вот взорвется, так адски все болело.

— Почему ты не нашел меня?! — Принц Флориша чуть склонился вперед. Его дорогой парфюм заставил поморщиться — сейчас любой запах приносил лишь раздражение. — Во дворец со всех концов материка едут кареты, набитые благородными эрами! Это в момент, когда у нас и без того неприятностей по колено! И приглашения этим эрам приказал разослать ты! Это правда?