— Спасибо… — я крепко обнял интенданта.

— Пустое… — Свиньин улыбнулся. — Это вам спасибо, Александр Христианович… — и шепнул мне на ухо. — Все у Майи Александровны. О фотографиях и документах я не упоминал никому.

— Надо было деньги разделить на всех.

— А нет уже никого, — пожал плечами интендант. — Максаков убыл на Черноморский флот — уже лейтенантом, Стерлигов — подполковником в Москву, Собакин — поручиком в Туркестанский военный округ, а Петухов — тоже с повышением в звании, на Кавказ. А бойцы где — увы, не ведаю. Думаю, никого во Владивостоке уже нет. Но Лука с вашим айном — остались при Майе Александровне и ее сестре.

— А вы?

— А я в Санкт-Петербург. Пусть все останется у вас, Александр Христианович. Я уверен, вы распорядитесь средствами гораздо лучше и с большей пользой, чем мы.

— Распоряжусь… — искренне пообещал я. — Обязательно распоряжусь…

Эпилог

После того, как интендант ушел, я лег на кровать и долго лежал с открытыми глазами, а потом неожиданно заснул.

И снилось мне…

Золото и серебро. Много золота и серебра в слитках и монетах. И доверху забитые драгоценностями сундуки…

Сон остался в памяти до мельчайших подробностей, но проснувшись, я не придал ему никакого значения и только плеснув себе водой в лицо, наконец, понял, что видел.

— Сокровища Арманьяков? Те, что спрятал мой отец, граф божьей милостью Жан IV? И которые я нашел после того, как вернул себе законные владения? Господи, ну конечно же! До того, как я попал в ту временную ветку, там все шло все абсолютно одинаково с нашей реальной историей. А значит, все до сих пор там и лежит, потому что в реальности их никто не нашел, а мой перенос состоялся уже после того, как отец их спрятал!

Сколько там было? Примерно на полмиллиона тысяч турских ливров, если с драгоценностями. А в нынешних ценах? Получится около полутора миллионов если не больше! Хватит раскрутиться. Ну что же, теперь я знаю, куда отправлюсь первым делом.

Все только начинается! Моя личная война с самураями еще не закончилась. Но уж извините, теперь я буду воевать только за себя и только для себя. А с Сахалином попрощаются и японцы, и Россия. Себе заберу! Не сразу, конечно, но заберу обязательно!