Принцесса опрокинулась на спину и раздвинула колени. Исхий приладился сверху и уже начал тихонько бодать свою подружку, как неподалёку послышался голос Аполлона:

– Та-та-та, – говорил он, – и где все попрятались? Занесла меня нелёгкая в этот лес!

– Тс-с, – прошептала Коронида.

Да куда там! Когда Исхий приходил в любовный пыл, натягивать вожжи и кричать ему «тпр-у» было бесполезно. Сотрясаясь под его ударами, принцесса сунула в рот ладонь и прикусила чуть не до крови большой палец левой руки – только так удалось ей заглушить рвавшиеся из груди стоны.

В то время как любовники тонули в волнах нахлынувшего блаженства, Аполлон, стоя неподалёку, растеряно крутил головой.

– Наверно, они укрылись в овраге! – решил он и отправился прочь.

Дочка Флегия и её мнимая служанка с облегчением перевели дух.

– Подожди немного, а потом выходи! – велела Коронида Исхию. Сама она быстро оправила одежду и, осторожно выбравшись из грота, побежала к сосне.

Через минуту над лесом разнёсся её серебристый голосок:

– А я выручилась, а я выручилась! Не видел, как я пробиралась? Ах, ты мой, глупенький!

Обхватив голову Аполлона, она одарила его горячим поцелуем! Прихрамывающий небожитель (пробираясь сквозь кусты, он пребольно ударился коленом о пень) был глубоко тронут этой нежностью. «Вот так штука! – подумал он про себя, – признаться, затея с играми мне поначалу не понравилась, но теперь я точно знаю, что это был самый восхитительный день в моей жизни! Всё-таки девственная природа творит с нашими сердцами чудеса».

Закончив своё повествование, титан с усмешкой взглянул на Геру.

– Зачем ты рассказал эту непристойную историю? – спросила богиня. – Хотел убедить меня, что наш Аполлон полный осёл? Я уже сама давно об этом догадалась.

– И совсем не ради этого, – возразил Прометей. – Теперь ты знаешь, что Коронида исполнила своё обещание. Пришла очередь Иксиона. Он поклялся сделать рогоносцем одного из олимпийцев, и если ты не против, готов сыграть эту шутку с самим Зевсом.

– Вижу, что ты невысокого мнения обо мне, Прометей, если предлагаешь подобные глупости, – надменно промолвила Гера. – Я, великая богиня, не собираюсь вести себя подобно дурашливой принцессе, которая не знает, куда себя деть от скуки! Тебе меня не понять. Главное ведь совсем не в том, чтобы переспать со смазливым мальчишкой. Я хочу отомстить!

– Кузина! – запротестовал титан. – Разве я говорю о заурядной интрижке? Нет! Всё случится именно так, как ты желаешь: Зевс, наблюдая за твоим торжеством, сойдет с ума от ревности. Но главное, когда всё свершится, я сумею обратить твой проступок в шутку. Никто и никогда не посмеет упрекнуть тебя в неверности.

– Если всё произойдет именно так, – криво усмехнулась Гера, – то ты настоящий демон! Изменить на глазах мужа и остаться после этакого бесстыдства целомудренной женщиной – ничего подобного я даже вообразить себе не могла!

– Для истинного таланта не бывает ничего невозможного! – скромно заметил Прометей и, наклонившись к уху богини, шёпотом поведал ей свой замысел.

Гера внимательно слушала титана, и её лицо постепенно прояснялось.

– Что ж, – промолвила она, – если всё будет так, как ты говоришь, я готова рискнуть. И в самом деле! Ведь я решаюсь на этот шаг не из распутства. Если бы сам Зевс не якшался каждый день со всякими шлюхами, я была бы честнейшей из жен. Он сам виноват, и пусть узнает теперь, что значит быть рогатым!…

Утром, когда Гера возвратилась в олимпийские чертоги, она столкнулась у дверей со своим супругом. Вид у него был виноватый и немного пристыженный. Гордая дочь Крона хотела молча пройти мимо, однако Зевс поймал её за руку и задержал на месте.

– Не спеши так быстро, дорогая, – произнёс он с запинкой. – Ты вчера появилась так внезапно… и при таких… э–э… обстоятельствах, что могла кое в чём ошибиться… то есть, истолковать превратно. И поэтому… э–э… нам просто необходимо с тобой объясниться

– Какой смысл в пустых разговорах! – надменно отвечала Гера. – Я устала от вечного вранья!

– Не понимаю, о чём ты, – возразил Зевс. – Я ведь сам оказался вчера в некотором роде жертвой. Вот я и подумал…

– Я не отдам тебе этой коровы! – топнула ногой Гера. – Даже не мечтай!

Лицо Зевса побагровело, в глазах сверкнула молния.

– Да чтоб тебе провалиться! – рыкнул он.

Но, вспомнив подробные наставления, которые дал ему Гермес, тотчас же поправился:

– То есть, я имею в виду эту тёлку, дорогая… Чтоб ей провалиться вместе со всеми её …э–э… потрохами.