— Ну надо, Николай Васильевич, надо. Формальности, но они тоже нужны.

— Драл я твои формальности во все щели, Вадик, — пробубнил я себе под нос, но вещички надел.

Свежая белая рубаха и коричневый длиннополый пиджак до колен с расшитыми витиеватыми узорами рукавами. Штаны, ботинки и ремень остались мои. Я стал натягивать сверху колчан, но крылатый придержал рукой один из ремешков.

— Это вам не понадобится, а лучше вообще всё оружие спрячьте в сумку.

— Я уже столько раз тут помер, чо мне как-то спокойнее будет с ним.

— Николай Васильевич, это не просьба. С этими людьми, и со мной в частности, лучше не ссориться.

Я насупился, но все же сложил всё свое оружие в сумку и перекинул её через плечо.

— Замечательно! Летите за мной.

Рыцарёк расправил свои крылья, а я рефлекторно сделал три шага назад.

— Вы чего, Николай Васильевич?

— Да ожидал, чо ты опять меня своими ржавыми крыльями проткнешь.

— А, вот оно что. Нет, я тогда просто только сделал их своим оружием, и, так сказать, осваивался и практиковался. Да и так было быстрее перемещать вас.

— А сейчас в этом уже нужда пропала?

— Ну да, вы же теперь официально сотрудник моей компании, а своих подчиненных я не обижаю.

Гавриил добродушно улыбнулся и сиганул вниз с острова. А я спокойно подошел к Чернышу, залез на него, ударил правой пяткой по боку и мы, немного разогнавшись, плавно взлетели.

Гавриил начал набирать высоту, чуть завернул вправо, я подкорректировал направление движения моего летного животного. «Комфортный режим полета достигнут, можно расслабиться…» — подумал я, а затем по глазам ударила яркая вспышка. В десятке метров перед Вадиком появилось кольцо, диаметром метров в пять. Он спокойно еще раз взмахнул крыльям и влетел в него, исчезнув из моего поля зрения. Мы с Чернышом тоже влетели в появившуюся цель и оказалась совсем в другом месте.

Приглянувшийся мне остров со своими большими и меньшими братьями остались где-то позади, а перед нами появилось строение, подобного каковому я здесь еще не видывал. Даже Освоград на его фоне смотрелся мрачным каменным сарайчиком. Наверное, что-то похожее я видел только в телевизоре, и звалось это небоскрёбом.

Два громадных стеклянных крыла, высотой этажей в тридцать, не меньше, соединялись внизу стеклянной площадкой, которая служила взлетно-посадочной полосой для всех прибывших.

Внутри крыльев-небоскребов сновали маленькие фигуры, кто-то прилетал, кто-то улетал, жизнь кипела, как на каком-нибудь заводе в разгар смены. Я заметил впереди Гавриила, машущего мне рукой, чтоб я следовал за ним. Он направлялся как раз на стеклянную площадку.

Плавное приземление и сразу же грациозный спрыг с Черныша на стеклянный пол. За те перерывы в работе, когда Андрюха выходил в реальный мир, я успел сдружиться со своей скотинкой и наловчился красиво, а главное — быстро, залезать на него и слезать. Шею Черныша сразу же обвил один из тросов, соединенных с массивным кольцом в полу.

— Идите за мной, Николай Васильевич.

— Да иду, Вадик, иду.

Мы миновали с десятка два разных летающих мамонтов… Не, как-то по-другому… Мармонов? Не, тоже не то… Маунтов! Точно! Миновали маунтов и зашли в широкие стеклянные ворота правого крыла-небоскреба. Я даже не успел осмотреть высоченную проходную, как мы сразу же свернули за угол и зашли в просторной зал с большим деревянным, покрытым лаком столом посередине. На стенах висели светлые жалюзи до самого пола, а сам пол и потолок были сооружены из мутного стекла.

— Да, задумка со стеклом классная, но не все должны видеть, чем занимается начальство на планерках, — улыбнулся Вадик, глядя на то, как я таращусь по сторонам.

— Чо-то жалюзи с общим настроением всего мира как-то не вяжутся.

— Ну, мы — тут главные, можем себе позволить небольшие удобные неточности в антураже.

— А почему на первом этаже? Шишки ж обычно сидят на последних.

— Ну, здесь мы все солидарны: никто из нас не любит лестницы.

— Вадик, ну ты меня поражаешь, человечество давно уже придумало лифты.

Гавриил ничего не ответил, лишь насмешливо улыбнулся. Его крылья медленно растворились в воздухе, и он сел во главе стола на удобное деревянное кресло, спинка которого была выполнена в форме пера. Заскок у него на птичьей теме, что ли…

— Николай Васильевич, скоро все придут, садитесь рядом со мной. И я вас очень прошу… Нет, я настоятельно рекомендую и даже настаиваю — просто молчите. Отвечайте, только если к вам кто-то обратится. И делайте это максимально тактично и кратко. Я понимаю, что ввиду вашего скверного характера это почти невозможно, но я вас очень прошу. Да, я терплю ваши выходки и небрежное обращение, сам на это подписался, но вот другие…