В общем, до вечера я продержался, шуры-муры ни с кем больше не заводил. Лена на объекте не появлялась, другие лица женского пола тоже, так что соблазнять, по большому счету, мне было некого…

Отработал вместе со всеми норму, вернулся в общагу и, перекусив по-быстрому, направился в бильярдный клуб. Едва-едва успевая по времени, хотя о сегодняшней встрече мы с товарищами офицерами договаривались ещё в субботу. Чтобы, во-первых, разбор полётов произвести, а во-вторых, продолжить бильярдное обучение Михаила — об этом меня, кстати, лично попросил майор Ходырев. Непонятно, правда, зачем. Тем не менее, согласие своё я дал. Чем больше встреч, хороших и разных, тем больше шансов заинтересовать «чекистов» своей персоной и довести до них нужную информацию. По капельке, понемногу, тут слово обмолвишь, там ввернёшь, а потом — раз! — и сами они обратятся ко мне за «помощью и советом». Уверен, что как только ноябрь настанет, так сразу и обратятся. Главное, вовремя предсказать (ненароком, естественно), когда наш дорогой Леонид Ильич почит в бозе и кто будет следующим Генеральным секретарём. Пусть последнее и является уже сейчас секретом Полишинеля. Иную кандидатуру, кроме Андропова, вряд ли кто в нынешнем Политбюро будет рассматривать. И органы знают об этом не понаслышке. Но вот когда сие событие произойдёт, в этом времени не знает пока никто. Никто, кроме меня — хитровыделанного попаданца. Надеюсь всё же, что под белы рученьки меня не возьмут — ограничатся просто беседой. Или беседами. Очень долгими и очень информативными. Для обеих сторон…

Разбора полётов сегодня не вышло. Некому было его проводить. В бильярдной я обнаружил только Пашу и Михаила. На вопрос «Где все?» они дружно пожали плечами и предложили не париться. Раз начальство присутствием нас не почтило, значит, и развлекаться будем этим вечером без него.

Первые полчаса развлечения были стандартные («Ага, бабы и водка»). В смысле, я тренировал Смирнова — ставил прямой удар, а Кривошапкин, оккупировав второй стол, честно пытался повторить мой субботний трюк с бортовыми «штанами». Когда же ему надоело терзать шары, он попросту отложил кий в сторону, подошёл к нам и поинтересовался со скукой:

— Мужики, а, может, наверх прогуляемся? Что-то надоел мне этот бильярд.

— С чего бы этого? — усмехнулся Смирнов.

— Наверх — это куда? — развернулся я к Павлу.

— Наверх — это значит поспаррингуем маленько.

Наверху, точнее, на втором этаже, располагался зал силовых единоборств. Мне об этом было известно, однако предложение Паши я почему-то интерпретировал по-другому, не связывая его со спортом:

— Типа, предлагаешь по улице прошвырнуться? Найти подходящую компанию гопников и начистить всем рыло?

— Да что у тебя за мысли, Андрюх? — расхохотался Павел. — Понравилось что ли драться?

— Да нет, — пробормотал я, догадавшись, наконец, что он имел в виду. — Не сообразил просто.

— Ну так что, пойдём? — Кривошапкин глянул на Михаила.

— Почему бы и нет, — пожал плечами Смирнов.

То, что «спарринг» был запланирован заранее, я понял минут через пять, когда мы оказались в спортивном зале. Смирнов с Кривошапкиным быстро переоделись в принесённые с собой куртки— боксёрки— борцовки, после чего Павел вытащил из объёмистого баула ещё комплект и бросил его мне со словами:

— Давай, облачайся!

— А…

— Да ты не боись. Он новенький, специально для тебя подбирал.

Обновка пришлась впору. Надел я ее, правда, не без труда. Обувь оказалась «универсальная» — высокие ботинки из мягкой кожи. То ли для бокса они предназначены, то ли для самбо — сразу и не сообразишь. Плюс шнурки ещё надо затягивать по-особому. А ещё куртку правильно запахнуть — тоже проблема. Для меня проблема, не для парней. Они-то к этому делу привычные, а я — хоть и ходил в своё время в секцию бокса (три месяца, потом надоело), и в будущем меня Смирнов пытался поднатаскать в рукопашной — лох лохом в этих премудростях. Однако справился. Причём, сам, без подсказок.

— Красавец! — Павел оглядел меня с головы до ног и насмешливо фыркнул. — Ну что? Для начала разминочку?

— Разминочку обязательно, — кивнул Смирнов.

Разминка длилась минут десять-двенадцать.

Лёгкой трусцой пробежались по кругу, потом «вприпрыжку», затем с поворотами на ходу влево-вправо. После, уже в «стоячем» положении, разогревали мышцы с помощью обычных (как у «физкультурников») упражнений. Потом принялись за растяжку. Увы, тут я оказался не на высоте.

— Эх ты, дубина негнущаяся, — прокомментировал Кривошапкин мои безуспешные попытки «сесть на шпагат».

— Фигня, — не согласился с ним Михаил. — Раз из стоймя до пола ладонями достаёт, значит, потенциал есть.

— Ага. Главное, чтобы потенцию при этом не потерял, — хохотнул Павел.

«Шутник, блин!»

Я, конечно, старался повторять за мужиками все их движения, но, к сожалению, получалось не очень. Ну, нет у меня к этому делу сноровки. Пока нет. Хотя, если честно, думал, что смогу повторить без проблем. Поскольку и точность есть (приобретённая при «переносе» сознания), и память хорошая. Однако на одном этом, как выяснилось, далеко не уедешь. Тренировать надо собственный организм. Хорошенько тренировать, чтобы тело запомнило, что, как и куда, и действовало на автомате.

— Ну что ж, будем считать, что размялись, — резюмировал в итоге Смирнов, взмахом руки предлагая мне перестать растопыривать ноги и перейти к более важному, по его мнению, делу. — А теперь глянем, как ты падать умеешь.

— Падать?

— Да, падать, — старлей усмехнулся и для начала продемонстрировал обыкновенный кувырок через голову. Потом то же самое, но в обратную сторону. После чего попросил Кривошапкина швырнуть его на пол подсечкой, а затем, не останавливаясь, бросить через бедро.