– Не о том говоришь, – старый вождь качнул головой, пытаясь найти слова, которые могли бы объяснить его мысли. – Не прямо видеть, а думать.

– Представлять? – уточнил Рвай. Ему на ум сразу пришли Лютая и Борг.

Однажды он заметил, как Борг постоянно рассматривает камни. В тот момент он подумал, что тот ищет материал для нового ножа, но все равно спросил о столь пристальном внимании. И тогда друг рассказал ему о разговоре с Лютой.

Поначалу Рвай не воспринял те слова всерьез. Некоторое время он не мог понять, зачем это нужно. Потом, наблюдая за тем, как привычные, казалось бы, предметы становятся чем-то иным, он осознал, что во всем этом что-то есть.

Честно говоря, потом он много раз пытался ради интереса придумать обыденным вещам иное назначение, но получалось у него плохо. Вероятно, ему необходимо было потратить на это больше времени, или же у него просто не имелось к этому таланта. В общем, он не мог точно сказать, почему у него плохо получалось.

Заметив, что Хугун не совсем понял его, Рвай поторопился объяснить.

– Да, да, – старый вождь улыбнулся и качнул головой. – Представлять. Это нужное слово.

Он всю жизнь представлял, воображал и строил далекие планы, но никогда не мог найти слово, объясняющее процесс.

Поняв, наконец, что именно от него хочет слышать Хугун, Рвай задумался. Как он представляет будущее? Он считал, что самое важное – выживание племени. До того, как он стал вождем, он заботился о своей семье, потом эта забота растянулась на все племя.

Хорошая и сытная еда, крыша над головой, безопасность. Именно это волновало его в первую очередь. Когда очнулась Лютая, вместе с ней в их жизни стало появляться нечто новое. Рвай никогда не мешал, так как видел – все, что она делала, направлено на пользу людям. Все новое могло помочь племени в борьбе за выживание.

Он вполне способен был жить в обычном шалаше, но был согласен поменять хлипкую хижину на крепкие стены из глины. Он мог питаться из каменных чаш, но керамическая посуда нравилась ему больше. И так во всем. У него не было проблем с выживанием без предметов, которые привнесла Лютая, но он понимал, что они улучшают жизнь людей.

Все эти мысли и были озвучены. Он сомневался, что его слова имеют какое-то отношение к вопросу Хугуна, но другого ответа у него не было.

Слушая его, старый вождь кивал головой, а потом, когда Рвай замолчал, произнес:

– Все идут вперед. Тот, кто стоит, – умирает.

Сначала Рвай не совсем понял, о чем речь, поэтому на некоторое время задумался над произнесенными старым вождем словами.

Все идут вперед. Тот, кто стоит, – умирает.

Казалось бы, это очевидно. Люди, которые ничего не делают, рано или поздно умирают от голода. Если во время охоты не будешь осторожен, если замрешь на месте при взгляде на приближающегося хищника, то, конечно же, погибнешь.

Все это знали, даже дети.

Вот только Рваю вдруг показалось, что Хугун говорит о чем-то другом. Он ведь не мог сказать это просто так, верно? Значит, пояснение нужно искать в более ранних словах.

О чем они говорили до этого? О будущем, о том, как Рвай его представляет себе. Если связать эти две темы, то что из этого следует?

Он нахмурился, все еще не понимая. Бросив взгляд на пристально смотрящего на него вождя, Рвай сжал губы. Какое отношение имеют его слова о бездействии к тому, как он видит будущее? Стоило ему подумать об этом, как в нем вспыхнула догадка. Ему только чудом удалось ухватить мимолетную мысль. Кажется, он понял, что имел в виду старик.

Когда он описывал будущее, предстающее перед ним в воображении, то говорил о привычной жизни. В нем не было места кое-чему очень важному. Удивительно, если бы Хугун не заставил его задуматься, то он никогда не стал бы обращать на это внимание.

В этот момент перед его внутренним взором предстала Лютая. Она отличалась от него. Рвай вдруг подумал о том, что на похожий вопрос о будущем эта женщина ответила бы иначе.

Он не был уверен, что она знает, что такое спокойная жизнь. Создавалось впечатление, будто ей все время нужно было что-то вокруг себя менять.

Нет, не так.

Улучшать.

Вот правильное слово.

Лютая делала свою жизнь и жизнь людей вокруг лучше. Все, что она создавала, несло в себе некое развитие. Развитие, о котором сам Рвай до этого момента даже не думал. Он всегда ел из каменной чаши и за все прожитые годы ни разу не подумал, что можно сделать что-то иное. Что-то, что будет намного удобнее и лучше.

И так во всем.

Сейчас, оборачиваясь назад, он не понимал, по какой причине он уделял миру вокруг себя так мало внимания. Он был отличным охотником. Люди вокруг всегда говорили это. Да и сам Рвай видел, что отличается от многих в этой области в лучшую сторону. Тогда почему ему ни разу не пришло в голову, что способ охоты можно как-то изменить или улучшить?