Это важная часть его жизни, и я хотела, чтобы он знал: я понимаю и принимаю это, и ему не нужно извиняться за то, что он бегает по полю с приютскими мальчишками, а не ублажает меня дома. Мне вообще следовало сбавить обороты, если я хотела продолжать и развивать наши отношения. Было необходимо одновременно оставить все, как есть, и поменять акценты. Эта поездка пришлась очень кстати. Пора прекращать думать вагиной и вернуть мозги в голову.

— Поехали, пообедаем, — предложила я.

Нам нужно побольше времени проводить вне койки, общаясь друг с другом.

— С удовольствием, — согласился Майк, и я нехотя отстранилась.

Я еле успела привести лицо в порядок, как мы уже подъехали к небольшому ресторанчику на берегу реки. На всякий случай, мы уселись в отдельной вип-кабинке, и Майк заказал какую-то рыбу. Я была не в настроении изучать меню и взяла себе то же самое.

Мы ели и болтали, словно старые друзья, а не изголодавшиеся друг по другу любовники. Может, повлияли мальчишки, может, обнаруженные чувства, но я ни разу не коснулась его ноги под столом, не отпустила ни одной сальной шуточки с намеком на секс и не спешила все съесть, чтобы поскорее удрать из людного места. А самое интересное, Майк — тоже. Наверное, он чувствовал перемены в моем настроении или списал все на истерику в машине, давая мне время прийти в себя. Не знаю.

Мне нравилось просто сидеть и слушать его рассказы о городе, в котором вырос, нравилось обсуждать последнюю игру, нравилось, что он сам рассказал, почему вчера был в Лондоне, а не дома. Чертов Джошуа все-таки уволился и находился, мягко сказать, в подавленном настроении. А Майк, конечно, не мог проигнорировать беду брата. Стоп, Мел, ты должна уважать их отношения. Он все же брат. Чтоб его.

Я не особо понимала, почему выстраиваю новую модель поведения, и правильная ли она. Но шестое чувство подсказывало, это важно. Да, мы сейчас попали в очень щекотливую ситуацию. Я вряд ли решусь устроить шум, выставив напоказ наши отношения. Такой поворот в большей мере навредит именно Майку. Мне-то, как всегда, достанется лишь лекция от Мака, а вот ему — косые взгляды и перешептывания команды за спиной. Круз Дональдсон был отличным примером того, что не стоит смешивать личное и бизнес. Засветившись с Стормом, я окажу ему медвежью услугу. Но и дальше придерживаться формата: секс и все, — я не хотела, не могла и не сумела бы.

Может, у нас что-то и получится. Кажется, у Майка тоже не было опыта серьезных отношений. Во всяком случае, он никогда не упоминал о таковом. Возможно, мы оба сейчас шли на ощупь. А вокруг нас пролегала нехоженая территория. И я бы хотела пройти вместе с ним все этапы и преодолеть все препятствия.

О, Господи, я действительно влюблена в него и сейчас на полном серьезе думаю о будущем с Майклом Стормом. Он будет отличным отцом. Парень из приюта не может не любить своих детей. Даже с чужими он строг, но справедлив, всегда внимателен и приветлив. Вот на счет него, в качестве мужа, у меня еще оставались сомнения, опять-таки, по большей части, из-за интимной сферы. Эти вечные разъезды, тренировки. Хотя, если мы будем жить вместе, я смогу когда угодно удовлетворять свои похотливые потребности. Да и вообще, может, и хорошо иногда разлучаться. Я так сильно скучаю по нему, когда он уезжает, что секс после разлуки — сказочная феерия.

— Мел, ты где? — Майк щелкнул пальцами перед моим лицом, выводя из мира фантазий.

— А… Что? Прости, я немного задумалась, — промямлила я, запинаясь и ругая себя, на чем свет стоит.

Размечталась о замужестве и детях, а сама даже не слушаю того, кто может воплотить мои мечты в жизнь. Вот дуреха.

— Много бы я отдал, чтобы узнать о чем… — словно между прочим, проговорил Сторм. — Если ты закончила, может, поедем?

— Да-да, — я покивала, вытирая рот салфеткой, и встала из-за стола.

Дорога заняла чуть менее получаса. Я старалась больше не уходить в себя, а сосредоточиться на Майке, пейзаже за окном, ощущении свободы и прочих приятностях. Мы свернули с шоссе, проехали немного и вдруг остановились. Сторм, не глуша мотор, вылез из машины, обошел ее спереди и открыл мою дверцу. Его губы накрыли мои, прежде чем я успела спросить, что происходит. Майк обнимал мое лицо ладонями, лаская щеки большими пальцами, и целовал так сладко, что от чувств кружилась голова, и все мысли сосредоточились только о том, как же это было хорошо. Я тихо хныкнула, когда он отстранился, оставляя еще несколько влажных поцелуев в уголках моих губ и бормоча, что надо было давно это сделать, а он, лопух, не догадался.

— Выходи, малыш, — Майк потянул меня за руку из машины.

— Зачем? — я захлопала глазами, будучи слегка не в себе после поцелуя.

Майк снова наклонился и прошептал мне на ухо:

— Давно мечтал трахнуть тебя на капоте.

Моя челюсть второй раз за день упала прямо на колени. Мимо нас проехала машина.

Я взглянула на Сторма ошалевшими глазами, решая: послать его ко всем чертям или согласиться. Он имел надо мной какую-то странную власть. Здравый смысл мгновенно притуплялся, когда Майк говорил со мной подобным образом. Слово «трахать», слетавшее из его порочных губ, срабатывало, словно кодовый сигнал, и я была готова сделать все, что он скажет. Я уже почти смирилась с прохладной погодой, перспективой испачкаться и застудить свой зад о капот машины, не говоря уже о свидетелях, ведь дорога была хоть и не сильно популярной, но далеко не заброшенной.

— Мел, я пошутил, — засмеялся Майк.

Наверное, он все прочел по моим глазам и безумно решительному лицу.

— Да? А я почти не против… — брякнула я, продолжая глазеть на него с сиденья.

Теперь настала очередь Майка выпучить глаза и открыть рот. Наслаждаясь его ступором, я вылезла из машины и за борта куртки притянула его к себе, чтобы поцеловать. Сторм быстро пришел в себя и прижал меня к крылу машины. Симпатяга уперся мне в живот, сигналя, как им с хозяином понравился мой ответ. Отстранившись, я глупо хихикнула.