– Но... – я не понимала, - Откуда?

– Я сам это написал.

Моя нижняя челюсть сказала прощай верхней.

– Но... – в голове помутилось, я опять вскочила, как ужаленная, - За каким чертом, Кел?

– Хотел тебя... – он сделал многозначительную паузу, - увидеть.

Вот так дура. Вот так идиотка. Я нарезала круги по спальне, ругаясь и издавая невнятные охи-ахи, пока изо рта не полился поток сознания.

– Ты хоть понимаешь, что я пережила за это время? – Я пнула ножку кровати.
– Я едва в узел не завязалась, чтобы все тебе объяснить. Ночами не спала, представляя, как ты меня ненавидишь. Кузен считает меня конченой сталкершей, подруга записала в непроходимые идиотки.

Наслушавшись, Кел поймал меня за руку и повалил на кровать.

– Но ведь оно того стоило.

Чертова его ухмылка. Он так уверен в себе, а я заведомо в минусе, потому что расписалась в собственной слабости в первый же день знакомства. Моя слабость – Келлан Соммерс.

– Да пошел ты. Слезь с меня, Сомс!

Черт, это я вообще говорю?

– Будешь дергаться, достану браслеты и пристегну к дивану, - и зарычал.

– Ой, только не говори, что с тех пор тебя заводят подобные аксессуары.

– Знаешь, нечестно все валить на меня, детка, - он игнорировал мою шпильку, - Ты здесь, потому что хотела этого. Кто мешал пропустить мимо ушей этот твит и спокойно жить дальше?

Я хватала ртом воздух, не зная, что сказать. Он уделал меня по всем фронтам.

– Я не хотела быть мерзкой трепливой стервой, - прошептала я и добавила, - для тебя.

– В итоге трепливой стервой оказался я сам, - заулыбался котяра, - Но все равно, я не мерзкий. Я красивый, правда?

Я не смогла сдержать улыбки. Слабые попытки отвернуться, чтобы скрыть неуместное веселье он подавлял, ловя мой взгляд и повторяя:

– Ну, скажи, что я красивый. Я ведь красивый? Красивый?

– Думаешь, я не могу смеяться и злиться одновременно? – пропищала я хихикая.

– Мне плевать. А вот можешь ли злиться и заниматься сексом – это интересный вопрос.

– Ты такой наглый, сил нет.

– Не будь так строга к себе, я думаю, что сил у тебя достаточно.

Кел ослабил хватку и стал стягивать униформу горничной, которая все еще болталась на мне.

– Ты отвратительно пишешь, - я помогла ему избавиться от майки.

Господи, мы даже толком не разделись. Озабоченные звери.

– Зато я хорош в других, хммм, дисциплинах.

Джинсы долой.

– Нормально ты себе польстил, - я запрокинула голову, наслаждаясь влажными прикосновениями губ к моей шее.

– В каком месте? – не отрываясь, буркнул Кел, - Про двадцать восемь? Это шутка.

– Очень остроумно, - я опять захихикала. Черт, пора перестать издавать эти невнятные звуки и начать контролировать себя, - А насчет одиннадцати и вовсе ахинея.

– А что? – Кел оторвался и взглянул на меня тааааким оскорбленным взглядом, - Я могу.

– Пффффф.

– Хочешь проверить?

Я что, разозлила его? Чего так смотрит?

– Могу даже поспорить.

Замолчи, Дана, ты напрашиваешься.

– Хм, на деньги? – Кел аж прекратил меня не только целовать, но и трогать.

– Сдались мне твои деньги, - я прикинула все за и против и крутанула колесо фортуны что было сил, - На опровержение. Напишешь от своей Босановы, что не двадцать восемь, а просто восемь. От счастья померещилось.

– Хммм, детка, это жестковато. Мои условия ты узнаешь после одиннадцати.

– Это невозможно, сладкий, – скалилась я в ответ, - И не надейся, что я буду подыгрывать тебе и симулировать.

– Ты даже не представляешь, как завтра будет тяжело встать с постели, - Кел заглушил очередную мою колкость поцелуем, - И кстати один и два уже были.

Келлан

Вот что за девчонка мне попалась! Кругом полно фанаток, которые корчатся от одного взгляда, а эта даже лежа подо мной, умудряется ставить условия и издеваться. Словно я навечно застрял в ее браслетах. Меня опять испытывают на прочность, и если не пройду тест, придется лично обкромсать собственный член на двадцать сантиметров. Беда, Соммерс. Ты влип, Кел. Черта с два я облажаюсь. Она у меня получит свою одиннадцатимесячную стипендию. Главное держать себя в руках.

Я окинул взглядом стройное, сладкое тело подо мной. Определенно, этот эксперимент будет весьма захватывающим. Освободив Дану от собственного веса, я лег рядом на бок, исследуя ее плавные формы руками, не преставая целовать пухлые губы. Слегка касаясь, я обводил контуры шеи, груди, бедер. Дана запустила пальчики мне в волосы, клянусь, она мурлыкала. Неплохо, котенок. Посмотрим, сколько ты продержишься. Не прошло и пять минут, а она уже дергала меня за волосы прикусывала мои губы и постанывая приподнималась, чтобы сильнее ощущать прикосновения. Ну, кажется, пора. Оторвавшись от ее рта, я обнял губами возбужденные пики сосков и направил пальцы к истекающей промежности.