Арни пошел брать завтрак, а Тиона села за стол и продолжила:

— Я хотела признаться и попросить прощения за нас с сыном. Мы были неблагодарными. Нам очень стыдно.

Не знаю, что мог им вчера наговорить Трой, но мне уже не очень нравилась его работа. Парень явно перестарался. Ему предстояло сбавить обороты.

— Да ладно тебе, ничего страшного…

— Ну как ничего! — возмутившись, перебила Тиона. — Вы вместе с князем Даниэлем приютили нас у себя, дали кров, еду, одежду. Приняли как родных детей. Ты дал Трою много золота. Вместо этого мы с сыном хотели забрать золото и сбежать. А сколько мы врали тебе? Я же сразу сделала маску чайки. Потом еще одну. Мы хотели тайком вдвоем улететь. Останавливало только что не знали, как унести с собой золото. Из-за этого задержались. А потом нас перевели в пещеру. Дальше ты переправил нас сюда. Вот вчера, когда с нами заговорил Трой и все объяснил, я только тогда поняла, что была неправа. Прости нас за все. Вот маски. Они работают. Мы проверяли.

Я в изумлении смотрел на Тиону. Она положила на стол две маски, под размер лица. В отличие от человеческих у этих вместо носа были клювы чаек, ну и в перьях, конечно.

Как не прискорбно было осознавать, но, по-моему, Даниэль вовремя похитил мастеров. Иначе бы они сами сбежали из «Трезубца». В итоге все закончилось благополучно. Благополучно для Скалистого берега, но не для меня. Предательство этих двоих, с которыми я сблизился, задели за живое.

Скала покрывалась трещинами, крошилась и с грохотом падала, тем увеличивая завал у подножия. Позже осколкам предстояло преобразовываться в каменные блоки. Так легче перевозить и в дальнейшем использовать. Я снова занимался расширением верфи. А до этого делал новые апартаменты для мастеров в пристанище, спрятанном в Птичьих скалах. Иначе бы им пришлось долго ждать отдельных комнат, пока их вручную прорубят в камне.

Закончив с мастерами, я даже успел посетить утреннее совещание у Даниэля. Там-то брат меня и озадачил верфью. Потом на очереди стояли работы в Висячем мосту, где также нужно будет поработать с камнем. Но это уже не на сегодня, на последующие дни. В общем, Даниэль решил подойти к развитию моего навыка зодчего с толком. Даже дал распоряжения магистру выдать мне эссенций, чтобы быстрей шла работа и брались повышения. По моим прикидкам, максимум через неделю навык зодчего должен быть полностью освоен.

Признания Тионы продолжали крутиться в голове. Я думал то о ней, то вообще о людях. Главным образом интересовал вопрос, как так получается, что одни остаются преданными княжеству, а другие предпочитают думать лишь о своих интересах.

Бакки сидел рядом на каменном блоке. Камнепад его утомил. Теперь он следил за работой грузчиков, да возничих, что минут пять назад к нам в обилие нагнал смотритель верфи.

— Вот скажи, а у тебя никогда не возникало желания сбежать из Скалистого Берега? К примеру, когда удавалось взять хорошую добычу, — сделав перерыв, обратился я к нему.

Неожиданно заданный вопрос заставил Бакки удивиться. Он с недоумением на меня посмотрел, почесал затылок и усмехнулся.

— Конечно, думал. Все думают, когда попадают в передрягу или берут хороший куш. Начинают перебирать плюсы, минусы. Ну и я перебирал.

— И что тебя останавливало?

— Деньги — это раз. Их дают немного, но каждый месяц. Во-вторых, жилье. Для рыцаря оплачивают комнату в доходном доме. Остальные бесплатно живут в казарме. В-третьих, кормежка. Пусть не особая, но бесплатная. Иной раз спустишь все и знаешь, еду, кров, вещички разные, опять же доспехи, оружие всякое тебе обязательно подлатают или выдадут новое. А в остальном даже не знаю. Ну кем бы я был, если не служба у князя? Наемником или еще не пойми кем. Сегодня густо, завтра пусто. Ну и большую роль играет привычка. Здесь я Сир Бакки Таль. Я всех знаю, меня все знают. Весь Скалистый Берег — это мой дом. Пусть рыцарство с меня временно снялось. Но это же временно. Потом вернут. А сбегу, кем я там буду? Прощелыгой Бакки, что бьет морды за пару золотых монет?

— То есть тебя удерживает привязанность. Судьба княжества особо не волнует.

— Как это не волнует? Не будет Скалистого Берега, не будет моего дома. Я буду никем. Это же все взаимосвязано!

Я вернулся к своему занятию. Что нужно людям — ответ очевидный. Забота правителя или же ее ощущение, минимум денег и всякого необходимого, опять же немного для поднятия значимости каждого подданного, вера в стабильность с уверенностью в завтрашнем дне и перечисленная смесь рождает привязанность с последующим прогрессом в виде перехода к патриотизму. Совсем немного, чтобы заполучить преданного человека.

И не стоит ничего нарушать. Мастера тому пример. Дал Арни с Тионой больше денег, нарушилась схема, поэтому будущие патриоты не состоялись. Все очевидно и предельно просто.

Помимо мастеров, меня беспокоил еще один вопрос, вопрос доносительства Валеба, а с ним всех остальных, кто меня окружает. Понимаю, они поставлены в такие условия — в первую очередь служение правителю, а потом все остальное. Был бы я правителем, все были преданы мне. И все же, постоянно иметь дело с людьми, обреченными тебя закладывать — ощущения не из приятных. Даже лишнего не скажешь. Но это не значит, что мне можно не выполнять взятые обязательства. Я помнил, что обещал Валебу и намеревался это исполнить.

На утреннем совещании прозвучало еще кое-что. Как ни прискорбно осознавать, радикальные меры Даниэля дали положительный результат. В Мелиссаре появился новый наместник. Консильери удалось договориться с ним по зерну. Его нам продадут сколько нужно и по низкой цене. Уже сегодня в Мелиссар отправятся баржи в сопровождении боевых кораблей. Они привезут столько зерна, что, если не будем ничего продавать на сторону, с учетом имеющихся запасов, его нам хватит лет на пять, а то и больше.

На 500 очках маны заканчиваю работу. Магия мне еще сегодня пригодится. Оборачиваюсь и смотрю назад. Валеб должен уже появиться, но его пока нет. У стапелей стоит мамина карета. Она сама невдалеке разговаривает с управляющим верфью. Тот что-то рассказывает, активно жестикулируя.