— Вы, мадам, разумеется, получили от них письмо? — спросила Серена.

— Да. Сьюки написала мне, но Эмма не из тех, кто любит писать письма. Даже если бы она и черкнула мне пару строк, я бы не узнала из них больше, чем знаю сейчас, потому что Проул заставила ее вызубрить набор посланий из «Полного руководства по написанию писем» и запретила употреблять любые другие пособия. Ну а Сьюки, естественно, на седьмом небе от радости! Вообще-то можно подумать, что моя дочь сама втюрилась в бесценного маркиза — она так расхваливает его, что, если бы даже половина написанного ею оказалась правдой, я бы решила, что этот Ротерхэм — ангел небесный. А так как Нед, который оказался рядом, когда Роджер принес газету, смог рассказать мне, что маркиз — прославленный охотник, я и подумала, что мне следует приехать прямо к вам, леди Серена. «Попомни мои слова, — сказала я, — ее светлость знает об этом типе все!» И не стесняйтесь говорить в присутствии Неда, дорогая. Считайте, что он вроде как мой сын. Правда, к сожалению, это не так. Более того, Нед хорошо знаком с Эммой — проводил с нею много времени, пока малышка жила у меня. Он ходил с нами на балы, в театры и всякие другие места…

Серена взглянула на Горинга, однако по выражению его лица ничего нельзя было понять.

— Да, лорд Ротерхэм хорошо известен в спортивном мире, — сказала Фанни бесцветным голосом.

Мистер Горинг, созерцавший вино в своем стакане, поднял голову и пристально посмотрел на нее.

— Начнем с того, что мне не очень-то по душе, что я о нем услышала, — с сомнением в голосе произнесла миссис Флур. — Если маркиз — наездник, значит, обязательно играет на скачках. А у меня на шее уже есть один игрок, и второго такого не надо.

Фанни так ошеломило предположение миссис Флур, что Ротерхэм сядет ей на шею, что она просто оторопела. Серена же только рассмеялась добродушно:

— Не волнуйтесь, мадам. У лорда Ротерхэма огромное состояние, и он больше привержен боксу и охоте, нежели азартным играм.

— Приятно слышать, дорогуша. Конечно, мне не нравится бокс — вульгарное занятие, и, по-моему, маркизу негоже заниматься таким спортом. И тем не менее Нед говорит, что этот бокс нынче в моде у знатных кавалеров, ну а потом не станет же Ротерхэм водить Эмму в залы для бокса. Хотя, если он считает, что заставит мою внучку ездить с ним на охоту, это тоже напрасно! Малышка ведь до смерти перепугается.

— Надеюсь, мадам, маркиз знает о том, что… что она не разделяет этих его увлечений.

— Если нет, то обязательно узнает при первом же случае, когда увидит, сколько слез она прольет оттого, что кошка поймала мышонка, — ответила миссис Флур. Она бросила сверлящий взгляд на Серену. — Итак, рассказывайте, милочка! Сколько ему лет?

— Тридцать восемь, — спокойно ответила девушка.

— Тридцать восемь! Боже, да он же больше чем на двадцать лет ее старше! — ужаснулась бабушка Эммы.

— Верно. Но по крайней мере он не косоглаз, — слегка улыбнулась Серена.

— А если не косоглаз, то почему, хотелось бы мне знать, его никто не подцепил много лет назад? — язвительно спросила миссис Флур. — У него с головой-то все в порядке?

— Еще как в порядке! У маркиза великолепный ум, и он не страдает от каких-либо недугов.

— Это уже лучше. — Пожилая леди вздохнула облегченно. — Красавчик?

— Я бы скорее назвала его внешность запоминающейся. Хотя он определенно не красавец.

— Вы хорошо его знаете, милочка?

Фанни с опаской покосилась на Серену. А та после секундного замешательства ответила:

— Очень хорошо. Я знаю маркиза всю свою жизнь.

— Вот! Что я тебе говорила? — обернулась миссис Флур к своему спутнику. — Я знала, к кому мне обратиться! А теперь, мэм, будьте так добры, а я ведь знаю, что вы добрая душа, — ответьте-ка мне вот на какой вопрос: этот человек сможет стать хорошим мужем моей Эмме?

— Я надеюсь, мадам. Он может дать ей… высокое положение в обществе, богатство…

— Да это я и сама знаю, — помрачнела миссис Флур. — Я вас спрашиваю не об этом, дорогуша.

Понимая, что сейчас не только миссис Флур, но и мистер Горинг пристально смотрит на нее, Серена воскликнула умоляюще:

— Дорогая мадам, пожалуйста, не расспрашивайте меня. Вы, вероятно, не знаете, что когда-то я сама была помолвлена с лордом Ротерхэмом.

Взгляд мистера Горинга сделался еще более напряженным, а миссис Флур от изумления едва не выронила стакан с вином.

— Вы? — ахнула она. — Боже всемогущий! Вот это да! Об этом-то Сьюки не сочла нужным мне сообщить. Если, конечно, она сама знает.

— Сообщения о нашей помолвке, а затем о разрыве были напечатаны во всех газетах, мадам, — покраснев, ответила Серена.

— Ну, разумеется. Это урок мне — нужно читать матримониальную хронику. Хотя, говоря откровенно, я к этому не приучена. Что ж, прошу прощения, милочка. Но если бы я даже и знала об этом, то все равно поинтересовалась вашим мнением об этом джентльмене, правда, тогда сделала бы это с глазу на глаз. И уж точно — не в присутствии Неда Горинга. Надеюсь, вы верите мне?

— Я не понимаю, почему мое присутствие имеет такое значение? — вмешался вдруг ее спутник. — Если хотите, я уйду. Но, независимо от того, уйду я или останусь, не задавайте, пожалуйста, ее светлости больше никаких вопросов!