– Я тоже так думаю. Поэтому не волнуйся, Алан, я не еретик.

Юноша вздрогнул и возразил:

– Симон я имел в виду совсем другое, и отец Питер тоже.

– Много шума из ничего! – усмехнулся его собеседник. – Что же ты тогда имел в виду? Кажется я совсем не похож на Лолларда.

– Конечно нет! – воскликнул Алан и с удивлением услышал, что Симон рассмеялся.

Через три дня Фальк с войском выехал из Монлиса, начав трудный поход к Шрусбери. Несмотря на все трудности пути, в этот город они прибыли к концу недели, всего за день до приезда самого короля, который спешил поставить свою армию между приближающимся Хотспуром и принцем.

В походе Фальк потерял несколько человек, но по этому поводу философски заметил, что если слабаки не дошли до Шрусбери, то тем лучше. Теперь, когда он был занят делом, его раздражительность исчезла и он удивлял Симона своим добродушием, терпеливой заботой о людях. Его поведение оказалось заразительным – несмотря на трудную неделю, маленькая армия прибыла к воротам Шрусбери в отличном настроении. Там их ожидал королевский прием и отличные квартиры, а через час после прибытия принц Уэльский пригласил милорда немедленно прибыть к нему. Монлис тут же отправился ко двору Генриха в сопровождении своего слуги. Именно здесь, ожидая окончания аудиенции, Симон впервые увидел своего сводного брата Джеффри Мальвалле. Джеффри прибыл в Шрусбери за сутки до Монлиса, возглавив войско вместо приболевшего отца. Симон тут же узнал его, благодаря сходству с Мальвалле.

Прогуливаясь по большому залу, Джеффри прошел мимо Симона и, небрежно повернувшись, удивился его пронзительному прямому взгляду из-под густых бровей. Он остановился и сурово посмотрел на парня сверху вниз, так как был выше Симона ростом на два дюйма.

Это был красивый молодой человек девятнадцати лет от роду, брюнет, но с теми же зеленовато-голубыми глазами и нависающим лбом. Однако глаза Джеффри излучали тепло, и рот не был так суров, как у Симона, а улыбчив. Вот и сейчас он улыбнулся, весело сверкнув глазами, и полюбопытствовал:

– Ну что, юный петушок? Что ты так надменно хмуришься? Тебе не нравится моя наружность?

Симон подошел поближе, и тут Джеффри обратил внимание на красно-золотой цвет его плаща. Улыбка тут же исчезла с его лица, он пожал плечами.

– Вот как? Ты один из Монлисов! – произнес он и развернулся на каблуках.

– Нет! – поспешно возразил Симон. – Я не из них.

Мальвалле остановился, оглядывая его.

– Так кто же ты?

– Кажется, я Никто, сэр Джеффри.

– Если ты Никто, тогда не бросай на меня такие взгляды, потому что я мог бы оказаться вспыльчивым человеком.

Симон улыбнулся, нисколько не рассердившись.

– А я мог бы оказаться силачом, – парировал он.

– Советую тебе не попадаться еще раз на моей дороге, – пригрозил Мальвалле. – Предупреждаю, я тоже не слабак.

И он ушел, а Симон проводил его взглядом, причем совсем не враждебным.

Вскоре появился Фальк в удивительно хорошем настроении. Когда они возвращались на свои квартиры, он заставил слугу ехать рядом с собой, хотя обычно он должен был следовать на несколько шагов сзади.

– Клянусь тебе, Симон, – энергично заявил Монлис. – Этот мальчик – настоящий мужчина, он смел, и у него есть мозги.

Парень повернул к нему голову:

– Вы говорите о принце, милорд?

– Да, о юном Генрихе Монмуте. Он на год моложе тебя, но, клянусь Богом, на три года взрослее! Хотя ты тоже не дитя.

Симон наклонился и задумчиво погладил лошадиную шею.

– Как вы думаете, сэр, мы одолеем Хотспура? Фальк искоса взглянул на него и поджал губы:

– Кто знает, Симон? Говорят, у Хотспура четырнадцать сотен воинов, а к нему присоединились Дуглас, Уорчестер, и, возможно, еще до того, как мы вступим в бой, присоединится Глендерди. По слухам, он находится в одном дне пути от Шрусбери. А у нас всего горстка людей. Если подмога не подоспеет, мы можем не удержать город.

– Значит, Глендерди тоже с ним? А где сейчас король?

– Не знаю. Если он опередит Хотспура, все обойдется. Но…

– Что за человек Генрих Боленброк? – поинтересовался Симон. – Может он позволить кому-то опередить себя?

– Нет, клянусь Богом! Генрих такой же мужчина, как и его сын!

– Тогда я не сомневаюсь, что он опередит Перси, – спокойно произнес Симон. – Что бы ни случилось, битва будет интересной.

– По-видимому, она будет достаточно кровавой, чтобы удовлетворить даже твой варварский аппетит, – проворчал Фальк и, поерзав в седле, сообщил: – Мальвалле тоже здесь.

– Я знаю.

– Ты уже видел его?

– Не отца, а его первенца. Отец заболел.

– Вот как?

– Я поговорил с Джеффри Мальвалле, пока вы были на приеме у его высочества.

– Поговорил? – Удивленный Фальк обернулся и уставился на слугу. – Что он сказал? Почему ты пристал к нему?

– Я не приставал, просто посмотрел на него, а ему не понравился мой взгляд, в результате он предупредил меня, чтобы я не попадался ему на дороге.

Монлис расхохотался:

– Я знаю твой взгляд, Симон! Значит, Мальвалле заметил тебя? Что ты думаешь о нем?