Шрифт:
– Кажется, он настоящий мужчина, – ответил юноша и замолчал.
Так, в молчании, они доехали до своего дома.
На следующий день, после полудня, Симон направился к городским стенам. Оживленные улицы были полны вооруженных людей, богатых и бедных, поэтому прогулка заняла много времени. Наконец он приблизился к восточной стене Шрусбери и завязал разговор с одним из часовых. Тот разрешил ему подняться на стену. Симон встал у парапета, оглядывая окрестности. Бриз шевелил его светлые волосы и развевал плащ. Положив руки на низкий парапет, он внимательно изучал местность. Так и стоял неподвижно, пока к нему не приблизился офицер, представившийся капитаном Ленуаром.
– Ну и что вам удалось увидеть, молодой человек? – поинтересовался он веселым тоном.
– Подождите минутку, я еще не все рассмотрел, – ответил Симон.
Заслонив от солнца глаза рукой, офицер глянул в ту же сторону:
– Ничего там нет, господин Остроглазый. Ни малейшего признака ни Хотспура, ни нашего короля. Дай Бог здоровья королю и избавь нас от Хотспура! Вы приехали с Монлисом?
– Да, – подтвердил парень, продолжая внимательно вглядываться в горизонт. Капитан решил подшутить над ним:
– Уж не хотите ли вы занять мое место, чтобы выслеживать приближение войск?
– У меня глаза острее, чем у большинства людей, – заявил Симон. – Взгляните туда! – Вытянув руку, он указывал на юго-восток.
Офицер прищурился от солнечных лучей и заморгал:
– Что там? Я ничего не вижу.
– Смотрите правее. Вон там, на вершине холма, что-то движется – неужели не видите?
Ленуар наклонился вперед, снова заслонив глаза.
– Нет, ничего не вижу. А вы, сэр? – неуверенно спросил он.
Симон не отрываясь смотрел вперед.
– Да я совершенно уверен, кто-то приближается к нам, спускаясь с холма. Вижу движение и даже различаю блестки, как маленькие звездочки, – это солнце отражается на оружии.
Офицер повернулся, чтобы подозвать одного из часовых:
– Годфри, иди сюда! У тебя острые глаза. Ты видишь что-нибудь вон там?
Лучник долго молча всматривался в отдаленный холм.
– Рощица деревьев, капитан, – наконец сообщил он.
– Нет, не то, смотри чуть пониже и правее.
– Ничего не вижу, сэр.
– Смотри внимательнее.
– Что-то есть, сэр, но, возможно, глаза меня подводят. Мне показалось, будто я видел вспышку. А вот еще одна!
Капитан повернулся к Симону:
– Вероятно, вы правы, сэр. Но я не буду объявлять тревогу, пока мы окончательно не убедимся. Если даже это войско, оно все еще на расстоянии примерно двадцати миль или больше. И если это Хотспур…
Симон оглянулся:
– Хотспур? Что за чепуха? Хотспур появится с севера, от Честера. Я вижу королевскую армию.
– Вполне возможно.
Ленуар снова всмотрелся в даль и через секунду воскликнул:
– Я вижу вспышку! Вот еще одна!
– Их будет еще больше, когда армия спустится с холма, – заметил Симон и присел на парапет.
– Хотел бы я иметь такие глаза, сэр. Могу я узнать ваше имя?
– Симон Бовалле.
Офицер тоже сел на парапет, и долгое время они оставались там, изредка перекидываясь словами, наблюдая за мерцающей линией, которая постепенно приближалась. Наконец Ленуар встал и отдал приказ трубачам протру, бить великую новость – приближение армии короля. А Симон, оставив его на стене, отправился к своему хозяину.
Город внезапно пришел в волнение. На улицах стало еще больше народу, некоторые выкрикивали приветствия, другие возбужденно задавали вопросы, а третьи угрюмо предвещали, что приближается вовсе не король, а Перси, который предпринял хитрый маневр, чтобы обмануть их, Все бросились к стенам, чтобы убедиться в радостной новости, что препятствовало быстрому возвращению парня домой.
Он нашел Фалька совещающимся со своим маршалом и прошел бы мимо, если бы тот его не окликнул:
– Симон, где ты пропадал? Действительно король приближается? Парень остановился:
– Да, милорд, он в двадцати милях отсюда и, насколько я могу судить, ведет с собой внушительную армию.
– Ты видел их?
– Я был вместе с капитаном Ленуаром на стенах, когда мы узнали армию по сверканию оружия на солнце.
– Готов поклясться, ты был первым, кто их заметил, Симон Рысьи Глаза!
– Да, но офицер тоже увидел армию, вскоре после меня. Она будет у ворот уже в сумерках, потому что приближается довольно быстро.
Он оказался прав, потому что после захода солнца к воротам прискакал гонец, чтобы офииально оповестить о приближении короля и его армии. Ворота открылись, и юный принц Уэльский выехал из них на коне, чтобы встретить отца. Наконец Генрих прибыл и принародно обнял своего сына. Они въехали в город бок о бок, под возбужденные крики горожан, которые толпились вдоль улиц, осыпая их путь цветами, надрывая глотки, толкая друг друга в борьбе за лучшее место.