Он поднимает на меня виноватый взгляд…

Глава 3. Рогов

Дверь открывается почти моментально. Видно, что нас здесь ждут и, возможно даже, любят. Еще бы не любить — спасители на спец. фургоне, позволяющие увильнуть от жены на целых две недели.

Войдя в квартиру застываю. Не верю своим глазам. Рядом с нашим клиентом стоит до боли знакомая девушка…

Вика.

Виктория.

Девушка, с которой мы никогда не могли найти общий язык, и особо не ладили. Я считал ее высокомерной курицей, она же меня — самоуверенным индюком.

На смену удивлению приходит злорадство. Была такая вся из себя, а теперь даже не догадывается, что цепляет люстру рогами. Однако и это чувство быстро сменяется жалостью…

Чтобы не происходило раньше между нами, это в прошлом. А в настоящем… В настоящем ее мужик — козлина, каких поискать.

Видя, что я замешкался, в дело вступает Генка. Ничего не изменилось за последние полгода, все также неуклюже, но с уверенностью в голосе говорит, что Станислав должен проехать вместе с нами. Я же наблюдаю за сменой эмоций на лице Вики, которая не понимает, что происходит.

В эти мгновения я вообще теряюсь. Такое ощущение, будто вернулся в прошлое и вокруг никого не существует. Нет их. Мы вдвоем, стоим в пустой прихожей. Я смотрю на нее, не смея отвести взгляд, а она прячет глаза и тяжело дышит, пытаясь справиться с нахлынувшим чувством страха.

За прошедшее время она изменилась. Не сильно, и только в лучшую сторону. Я помнил ее немного нескладной девчонкой, а теперь видел состоявшуюся девушку. С округлыми формами и идеальной фигурой. В самый раз, как говорится.

Выводит из ступора Сашка. Достает бумажку — “официальный” бланк и оттесняет меня в сторону, подходя ближе к Виктории.

— Распишитесь, гражданочка, — гундит Саня, протягивая бланк. — Рекомендую и вам пройти тест, так как вы можете являться носителем.

Вика берет бланк и выгибает бровь дугой, вчитываясь в напечатанное.

— И что это? — переспрашивает Вика, возвращая бланк в руки Сашки.

— Так… официальная бумага, — теряется тот, хоть такая ситуация у нас не первый раз.

Пора вступать в игру, но я сам не могу заставить себя открыть рот. Узнает же, как пить дать, — узнает. И как отреагирует — неизвестно. Скорее всего снова не сможет сдержать свою язвительность, а я отвечу агрессией.

По крайней мере, раньше только так и было.

Но Вика ведет себя крайне странно. Кинув взгляд на мужа, который стоит рядом с нами как обоссавшийся котенок, забирает бланк и ставит маленькую аккуратную, почти каллиграфическую подпись. В этот момент выдохнули, мне кажется, все.

— Надо, значит надо, — пожимает плечами она.

Создается ощущение, что она сама немного рада тому, что сбагрит этого горе-ловеласа на две недели. Но это лишь ощущение…

Уже внизу, забравшись в фургон, Станислав начинает смеяться.

— Мужики, я думал, что все, пропал. Что моя дылда сейчас вцепится вам в костюмы и наш хитрый план будет раскрыт, — выдавливает из себя сквозь раскатистый хохот.

Мне становится мерзко. От каждого слова и смешка, что выдает этот тип.

— Так сильно достала? — цежу сквозь зубы, пытаясь скрыть свое раздражение.

Становится интересно, что же за богиня у него в любовницах, если о жене отзывается с таким пренебрежением.

— Достала, — согласно кивает Станислав. — Дураком был, женился. Знал бы, что цаца такая — бежал бы без оглядки.

В наш диалог встревает Сашка, который уже завел микроавтобус и даже выехал со двора, чтобы не мозолить глаза народу, который и так нервный в преддверии новогодних праздников. Спрашивает адрес, по которому нужно доставить сей ценный груз.

Всю дорогу мы проводим под редкие радостные возгласы Стаса. Этот болван успевает позвонить не только любовнице, с которой сюсюкается, но и парочке друзей.

Слушая его болтовню с зазнобой, ловлю себя на том, что руки чешутся. Так и хочется взять и вынуть хребет через задницу, чтобы думал головой, а не тем, что ниже пояса.

Эта дорога становится настоящим испытанием для моей нервной системы.

Когда мы подъезжаем к дому, где живет его новая “любовь”, громко выдыхаю. Наконец-то, эта пытка окончена.

Стас переводит оставшуюся часть денег на счет агентства и счастливый уносится прочь. Мы же возвращаемся в офис.

— Ты какой-то нервный, Костян, — тихо говорит Генка, чтобы не отвлекать Саню, уверенно крутящего баранку. — Вроде выгорело же дело…