Он с другими сторожами-островитянами вылавливал любопытных. Кто-то из горе-шпионов кружил неподалёку от правителя, кто-то норовил вызнать новости в близлежащих тавернах. Распознавать засланцев было интересно и азартно.

А ещё надо было следить за закупаемой едой. Бывало, подсовывали отраву, но так работали дилетанты, гораздо сложнее было определить в поставках скрытую угрозу. Такое умение приходит только с опытом, и ребята учились на ходу.

Чего стоило понять, опасна ли мука с мучными жучками или нет? Строгая экономка её забраковала и выкинула, отругав излишне бережливую охрану, посоветовавшую просеять муку и использовать дальше. Выкинула, но не уничтожила, и коварный жучок в тот же день каким-то образом добрался до чайного листа.

Никто и предположить не мог, что нажравшись обычного сухого чая, эти жучки переродятся в иных существ. Насекомыми назвать быстрых мелких крошек, что ищут тепло разумных и забираются им под кожу, выедая внутренности, нельзя. Это магические порождения, и уничтожать их надо было, пока они маскировались под жучков.

Без магов все в особняке погибли бы, но спасение пришло от недотёпы-архитектора. Этот эльф с детской непосредственностью, увидев магических порождений в момент их обжорства чайным листом, создал над ними изолирующий защитный купол, решив, что это простые вредители. Создал купол — и забыл про них. Без подпитки перерождённые тварьки сдохли. Никто бы не узнал, какой опасности все избежали, если бы не правитель. Казалось, нет ничего, чего бы Ратмир не знал.

Бык слышал от ребят, что вожак без труда вычислил адрес дарителя такой пакости, и отправил тому ответный дар, но о дальнейшем ему неизвестно. Правитель, не задерживаясь, полетел с Луной и детьми к гномам, а потом похищение… Сам Бык в это время возвращался с другими оборотнями от эльфов. Летающих тварей на всех не хватило, да и сани надо было забрать на обратном пути.

Удивительное дело: почти весь молодняк острова сейчас служит на большой земле охраной правящей семьи, но Бык с уверенностью может сказать, что их не хватает. О тихой размеренной жизни рядом с Ратмиром, Даром Небес и детьми можно забыть. Будь воля Быка, он бы удвоил, а то и утроил количество стражей, но… волк вздохнул. Если не найдут госпожу Эмму, то обо всём этом можно забыть.

— Дядька Бык, давай не будем останавливаться на обед? — наклонившись и дёргая его за ухо, попросил Хлад.

Немного поворчав, волк кивнул и прибавил хода, а за ним потрусила остальная охрана. Мальчик не просто так возвращается в замок— он едет за деньгами для выкупа Луны. Кто знает, в какой момент понадобятся сокровища? Вдруг именно этих обеденных часов не хватит для своевременного выкупа её жизни?

Хлад торопился. Его гнал на остров не только долг. Он соскучился. Замок стал ему домом. Всякое бывало, и Хлад не раз в прошлом хотел сбежать из нового дома куда глаза глядят, но сейчас плохое сгладилось и осталось понимание, что в замке равнодушных к нему не было.

Единственное, о чём беспокоился в дороге мальчик, так это о деньгах для выкупа. Рок любил говорить, что сохранённые им драгоценности принадлежат всем им. Нил уехал, не став ничего брать с собою, Ратмир ранее тоже никогда не лазал в родовую сокровищницу, а Хлад даже не видел и не знал, насколько он богат.

Сидя на спине дядьки Быка, он прокручивал в голове фразы, призванные убедить старого учителя в том, что деньги им с Ратмиром необходимы, и что если наставник не хочет всё отдавать, то пусть выделит их доли. И всё же Хлад боялся, что старик упрётся и ничего не даст.

Однако все страхи оказались напрасными.

Рок обрадовался приезду мальчика, внимательно выслушал его и тут же велел грузить большой сундук и отправлять его Ратмиру. Единственным условием было, что Хлад останется в замке и продолжит учёбу. Мальчик согласно кивнул. Отец даже не сомневался, что так будет, а вот Хлад удивился, что не пришлось доказывать Року, что Эмма достойна того, чтобы отдать за неё всё, что есть. Решение старого учителя обрадовало Хлада, и он стал звать его дедом.

Тит и Добр по-прежнему хозяйничали в замке. Теперь их стряпня стала более разнообразна, но от этого Хладу становилось только грустнее, ведь это напоминало об Эмме.

Стоя на краю горы, он следил, как грузили сундук на большую лодку и перевозили на материк, потом охрана дождалась телегу и двух здоровенных беров, которые впряглись и потащили тяжёлую ношу к границе.

Мальчик слышал, что к нему сзади подошёл Рок и почувствовал благодарность, когда дед опустил ему на плечи руки. Жест поддержки.

— Тебе помочь в огороде? — спросил Хлад, заметив валяющийся на земле инструмент.

— Неплохо бы, — согласился учитель и немного торопливо принялся объяснять, что надо делать.

А Хлад почувствовал себя намного старше, чем когда уезжал из замка. Сейчас он видел, что старику не хватает внимания, что сквозь его холодность проглядывает страх одиночества, и мальчик испытал неловкость за то, что был счастлив, проводя время с отцом, Эммой и Жаром. Вслед за неловкостью пришла злость. Если бы Рок не прогнал Эмму, то неизвестно, как бы всё обернулось. Вместо холодного порывистого ветра здесь витали бы вкусные запахи выпечки, огород был бы разбит на идеальные грядки с дорожками, край обрыва огорожен заборчиком, а рабочие суетились бы возле подъёмника, превращая его в шедевр архитектуры.