— Следователь д’Эстар, — протянула я, — а у меня кое-что есть для вас.

— Что же? — заинтересовался мужчина.

— Вы сделали мне подарок, а я решила отблагодарить вас в ответ, — сладко улыбнулась, протягивая сверток. — Вот, это вам.

— Спасибо, — ответил он, разворачивая бумагу.

— Ну как? Нравится?

— Ого, — только и мог ответить мужчина.

У него в руках оказался вязанный свитер. Из темно-серой шерсти, я под цвет глаз выбирала. С узором из белых снежинок и местных зверей — рогатых северных оленей.

— Это, можно сказать, местная достопримечательность, — совсем разулыбалась я. — Будете носить?

— Начну прямо сейчас, — ответил он, подарив мне до невозможности хитрый взгляд.

И прежде, чем успела вставить хоть слово, мужчина положил мой подарок на стол и стянул с себя тонкий черный свитер, который сегодня заменил ему мундир. А потом, глядя на меня все с той же хитрой улыбкой, начал его неторопливо складывать.

Я забыла, что хотела сказать. Мысли куда-то разбежались. Этот гад не носил под свитером ничего и сейчас сверкал передо мной голым торсом. Очень соблазнительным торсом, надо сказать. Четко прорисованные мышцы, гладкая светлая кожа, на шее шнурок от медальона, который, видимо, залетел ему за спину. Мужчина повесил одежду на спинку стула и чуть потянулся, откровенно рисуясь. А я не могла даже взгляд отвести.

— Не могли бы вы ускориться? — произнесла чуть охрипшим голосом. — Если кто-нибудь зайдет, будет неловко.

— Не зайдет, — мурлыкнул д’Эстар.

— И все же…

— Что ж, если прекрасная леди так желает, — прикрыл он глаза.

Зараза наглая. Вот специально же это делает, чтобы меня смутить и вывести из равновесия. А я реагирую, как всякая нормальная женщина реагирует на привлекательного мужчину. Ускоренным сердцебиением, горящими глазами и непристойными мыслями.

Д’Эстар наконец-таки соизволил надеть мой подарок. Одернул рукава, повел плечами. Потом осмотрел себя и с улыбкой произнес:

— Идеально. У вас отличный глазомер, Ирия.

— Не жалуюсь, — прошипела, искренне жалея, что не выбрала самую колючую шерсть.

А то он бы сейчас так не радовался.

— Спасибо за подарок, — сказал мужчина, складывая свой старый свитер.

— Рада, что вам понравилось, — выдохнула я.

Похоже, моя выходка обернулась против меня самой. И теперь полуобнаженный д’Эстар будет преследовать меня в эротических снах. Все, хватит думать о нехорошем.

— Работаем, следователь д’Эстар, — решительно сказала я и потянулась к переговорнику. — Хельга, соедини меня с Герном.

Наш судмед, а по совместительству глава лаборатории, был на месте, так что ответил сразу.

— Что у нас по вчерашним наркотикам?

— Отчет готов, — сухо проинформировал тот.

— Тогда почему он еще не у меня на столе?

— Кое-что хочу дополнительно перепроверить.

— Потом перепроверите, — поморщилась я. — Хочу знать то, что вам удалось выжать из этой гадости.

— Без этого не могу гарантировать, что отчет полный и достоверный, — заупрямился мужчина.

— Жду вас через пятнадцать минут, — не прониклась я и снова переключилась на Хельгу. — Вызови ко мне Соррена и Григсона.

Ровно через назначенное время все были в сборе. Последним пришел не очень довольный Линдер Герн и положил передо мной тонкую папку с отчетом. Открыв ее, увидела листы, исписанные сложными химическими формулами. Вздохнула и сразу отложила в сторону.

— Можно по-человечески? — вопросительно посмотрела на эксперта.

— Можно, — кивнул тот, поджав губы. — Я бы, конечно, предпочел представить вам окончательный отчет…

— И все же.

— Да, это вещество метокорин, известное под название «Сладкая пыль».

Я поморщилась. Где-то внутри жила иррациональная надежда, что убиенный аптекарь любовно фасовал по пакетикам какие-нибудь безобидные витамины. Но увы, придется все же разбираться с наркокартелем. Чтоб этому Кронбергу на том свете икалось.

— И что же вы там так долго исследовали? — спросила желчно у эксперта.

— Все. Я первый раз вижу такой странный состав. Да, основа смеси — метокорин, но там есть не только он. Еще несколько очень необычных добавок.

— Апельсин, мята, шоколад? — хмыкнул Григсон. — Чтобы вкуснее было?

Мы с Герном подарили ему одинаковые уничижительные взгляды, и мужчина виновато опустил голову. А судмед потянулся ко мне и ткнул пальцем в строку отчета.

— Вот это трифосфо…, впрочем, название вам вряд ли важно. Так что скажу проще, это цитопротекторы. Они защищают клетки и ткани от разрушения.

— Серьезно? — удивился Григсон.

— Далее, — продолжил Герн. — Вот эти четыре вещества…. Если честно, понятия не имею, что это. Никогда не видел и не нашел ни в одном справочнике. Подозреваю, это какие-то растительные алкалоиды.