– Твоя башня всё ещё слушается тебя. Это добрый знак.

Осколки перелетели к гостю и внутри них тот разглядел запертых пленников. Один был чудовищен, – огромный квазичеловек без кожи, ушей и носа, с искажёнными чертами черепа, множеством острых зубов и безумной яростью в глазах; он размахивал клинком, бросаясь на грани своей тюрьмы, но бесполезно. Во втором осколке находился мужчина со знакомыми чертами лица, который сидел, подтянув колени к подбородку и глядел волком.

– Я смог заключить их во временные узилища и свести ущерб к малому. Но машина уничтожена, постройка новой займёт не меньше десяти лет, которых нет у нас. Дражайший, я…

Спаситель перешёл к разлому в стене, из которого открывался потрясающий вид на тело мёртвого великана; на красивой формы поселения, что напоминали яркие грибы, разросшиеся на трупе. Солнце заходило на западе, значит, его краткое путешествие длилось весь день. Взгляд дражайшего господина устремился в вечернее небо, по которому ползла комета.

– Думаешь, король эльфов продержится ещё десять лет?

Геду нечего было на это ответить, он считал, что выносливость Арнадона уже превзошла все мыслимые и немыслимые пределы.

– Я только что говорил с его женой… обстановка в Лонтиле…

– Ты не сможешь исполнить свою часть обязательств, – говорил дражайший, – не сможешь завершить работу над долиной и забрать с собой эльфов, как обещал. Не сможешь ты и найти черновики, ибо за все годы их поиск не был твоим основным приоритетом, а теперь стало поздно.

– Дражайший, я желал обновить тело, чтобы отправиться в Унгиканию, где, как я верю, хранится один из томов…

– Теперь ты не сможешь. Но раз не ты, то никто, Гед? Я не вправе вмешиваться, помнишь? Что делать?

Вопрос не был риторическим, маг понимал это. Но пребывая в состоянии столь плачевном, он не мог дать ответ. Ныне, без тела, ослабленный, Отшельник из Керн-Роварра был неспособен даже покинуть свою крепость. Только внутри неё он обладал ещё какой-то силой; может быть, ещё в пределах долины, но и только. Всё там было пропитано его чарами, его многолетним присутствием, а вовне он стал бы лишь жалким призраком.

– Шестерёнка Хаоса, – прошептал Гед Геднгейд.

– Хм?

– Последняя попытка плащеносцев, дражайший. У такого как он есть шанс преуспеть, надо лишь найти его и попытаться толкнуть в правильном направлении.

– Я помню Тобиуса, – ответил спаситель. – Сначала я питал надежду на отпрыска двух великих древ, но оказалось, что чем сильнее в нём проявлялась очищенная кровь, тем тяжелее мир переносил это. Из всех, кого плащеносцы пытались направить на поиск Ответа, Гед, Тобиус – наиболее опасен, ибо на нём отметина Хаоса. Везде, где он ступает, начинаются войны и катаклизмы. Разве ты не замечал?

– Что остаётся? Все соискатели потерпели крах, спустя тысячи лет из семи черновиков найдено лишь два, а путь к седьмому откроет только наличие шести книг в одних руках. Джассар, уходя, не щадил грядущие поколения, но он хотя бы дал неограниченное время на решение его загадок. Кто же знал, что плащеносцы приблизят конец света и заставят нас суетиться как в горящем доме скорби?

Дражайший господин вздохнул.

– Если б я мог, то расправился бы со всем в мгновение ока, – с тяжестью в голосе сказал он. – Но мать не позволяет мне… глупая старуха! Отправь на поиски мальчика кого-нибудь стоящего! Если повезёт, и он объявится, дай мне знать! Воистину тяжёлые времена настали, если приходится рассчитывать на отмеченного Хаосом.

– У меня на примете есть один… прекрасный охотник за головами. Я найду серого мага и приведу его в Керн-Роварр, – пообещал дух Геда Геднгейда.

День 3 месяца дженавя года 1650 Этой Эпохи, о. Балгабар, архипелаг Аримеада.

Самый большой архипелаг мира Валемар носил имя Аримеада, хотя в древности его звали Хвостовым. Неисчислимые острова были его частью, от крошечных и неизвестных до гигантов величиной с королевство.

Тысячи лет назад Аримеада входила в могущественную Гроганскую империю, а после её гибели стала предана сама себе. Эпохи смут минули прежде чем на архипелаге воцарилась власть династии царей Шакушан и торговых городов-государств. Власть золота и порока.

Кружева, вина, пряности и невольники странствовали на кораблях-сокровищницах от острова к острову, на континентальные владения и обратно, наполняя сундуки королей-купцов богатствами; вольные граждане десятков рас восторженно бушевали на трибунах циркумов, наблюдая гладиаторские бои; земля давала обильные урожаи под жарким солнцем и все краски мироздания смешивались в стенах древних как само время городов.

Ур-Лагаш был и большим, и древним, но не одним из восьми великих полисов-жемчужин архипелага. Он стоял на берегах острова Балгабар, укрытый от внешнего моря обширным заливом, а от остальной суши – высокими крепостными стенами. В порту Ур-Лагаша находили пристанище от частых штормов сотни кораблей, шедших из восточных морей в западные, либо вывозивших на продажу товары с полей и садов.