— Мы поженимся сегодня вечером!

Отовсюду слышатся поздравления, все так радуются, словно любимый отбивающий игрок только что выбил хоум-ран в конце игры. Крики Натали самые громкие, она хватает мою руку, а затем неистово кричит:

— Они собираются в часовню, они собираются пожениться… — Она крепко обнимает меня за талию. — Потому что ты их убедил в том, что они должны связать себя узами брака сегодня вечером.

— Когда ты в Вегасе… — говорю я, и мой голос затихает, когда наши взгляды встречаются.

Эти три слова повторяются эхом.

Глаза Натали сияют, и похоже на то, что мы оба думаем об одном и том же.

Мне нравится быть смелой.

— А насколько смелой тебе хотелось бы быть? — спрашиваю я.

Уголок ее губ приподнимается в улыбке.

— Настолько смелой, насколько смогу быть. Почему ты спрашиваешь?

— Из-за нашей сделки на сегодняшний вечер. Сделать все возможное. За одну ночь. — Я киваю в сторону пары, и, клянусь, у меня никогда не было лучшей идеи во всей истории идей, чем сейчас. Это чертовски гениально. — Ты думаешь о том же, о чем и я?

Натали раскрывает рот, затем кивает, ее глаза горят от возбуждения.

— Я почти уверена в том, что так и есть. Не скажешь, о чем именно ты думаешь?

Я приподнимаю бровь.

— Думаю, есть кое-что еще, что сделает опыт пребывания в Вегасе полным.

Натали прижимает ко рту ладонь, а затем опускает руку.

— О, мой Бог. Мы действительно сделаем то же, что и они?

— Не думаю, что у нас есть выбор, учитывая сделку, которую мы заключили в баре отеля «Нью-Йорк, Нью-Йорк». Все или ничего.

Мгновение ничего не происходит, лишь тишина. Мне приходится долго ждать ответа.

— Все, Уайат, — говорит Натали тихим голосом, но ее намерение совершенно ясное. Очевидно, она тоже думает, что у меня блестящая идея. Разве могло быть по-другому?

Опустившись на одно колено, я хватаю ее за руку.

— Шаловливые ручки, хочешь отправиться в часовню, работающую двадцать четыре часа, и связать нас узами брака?

Натали икает, потом смеется и притягивает меня к себе для быстрого поцелуя, который на вкус напоминает текилу и фруктовый коктейль.

— Когда ты в Вегасе…

Один бакенбард отходит от лица мужчины.

Это слегка отвлекает. Но не так сильно, как золотой спортивный костюм священника. У этого костюма-комбинезона есть воротник, который складывается как крылья, а еще костюм является прямым определением словосочетания «сидит в обтяжку». Он облегает каждый миллиметр его тела, и, да, я имею в виду именно каждый.

Не думайте, я не специально туда смотрю. Он одет в чертов комбинезон. Трудно не заметить этого.

— Он одет в костюм Ларри или Элвиса? — шепчу я Натали.

Если место проведения церемонии называется «Ларри, Лана и полный спектр услуг быстрых свадеб», то он может быть кем угодно.

Кивком она указывает на парня, чьи волосы завиты в мелкие кудряшки, вознесшего тем самым понятие «эксцентричные кудри» на новые высоты, и шепчет мне:

— Или у Ричарда Симмонса теперь новая работа.

Только это не настоящий шепот. А пьяный шепот. Поэтому она произносит слова совсем не тихо, но сомневаюсь, что двойника фанатика торжеств это волнует, так как я уверен, что он под кайфом. У него именно такой вид, когда он шарит вокруг в поисках обручальных колец, пока мы стоим перед крошечной часовней. Два золотых кольца за пятьдесят семь баксов — это часть полного спектра услуг. Просто грабеж.

От него разит марихуаной, и, судя по песне Боба Марли, которая в данный момент играет в качестве музыкального сопровождения для нашей свадьбы, предполагаю, что он обкурился до того как нас здесь высадил лимузин. Буквально несколько минут назад (до того как специализированные офисы закрылись в полночь), мы успели получить лицензию на брак. Шикарный черный лимузин ждет нас на парковке. Я раскошелился на лучшее в свою брачную ночь. Вот какой я замечательный парень.

Порывшись в нагрудном кармане своего костюма, чувак достает кольца и поднимает их.

— Нашел. — Одно выскальзывает из его пальцев. — Опаньки.

Натали взрывается смехом и хватает меня за руки, чтобы удержаться на месте. Я тоже усмехаюсь, потому что сегодня вечером все смешно. И все просто потрясающе, словно моя жизнь — это качание на плоту в бесконечном бассейне под теплым солнцем, без каких-либо забот попивая «Пина коладу».

Натали проводит руками вверх и вниз по моим рукам, и я поигрываю бровями. Мы не можем перестать флиртовать, трогать друг друга, хихикать.