Дверь в аудиторию приоткрылась, и в образовавшемся проеме показалась голова Доротеи. Сдув с глаз прядь светлых волос, она разглядела нас, и одним скользящим движением просочилась в аудиторию.

— Привет. Вы уже здесь?

— Привет, Дора. Смотря с какой целью интересуешься, — устало ответил я.

— В смысле?

— Если хочешь передать нам какую-нибудь задачу от преподов, то нас нет. Если зашла по другому поводу, то мы здесь.

— Очень остроумно, Гарет, — улыбнулась Дора. В следующий миг в ее глазах появился радостный блеск, сопровождавшийся потиранием рук. — Я зашла вас порадовать!

— Чем?

— Вам предстоит поездка! Дальняя, — личико Доры стало загадочным. — Преимущественно, отдых!

— Откуда ты знаешь? — спросила ее Саманта.

— Подслушала разговор нашего декана с деканшей огневиков.

— О! Господин декан учел наши старания! Огромное ему спасибо! — Содер с энтузиазмом начал собирать с парты учебники. — Месяц дополнительного отпуска! Всегда знал, что в мире существует справедливость.

— Какого отпуска? — насторожилась Доротея.

— Этот тунеядец решил, что ты говоришь о дополнительном месяце к отпуску, — хохотнул я. — Содер, прижми свой зад обратно к стулу, и послушай, чему ты сейчас должен будешь радоваться!

Содер уселся на место с такой опечаленной физиономией, что девчонки не выдержали и прыснули.

— Это хорошо, что у вас хорошее настроение! Оно вам понадобится в предстоящей поездке.

— Говори же! — хором воскликнули мы.

— На самом деле, это поездка на одно весьма ответственное мероприятие. Сложное и трудоемкое, но вместе с тем весьма увлекательное! — в голосе Доротеи проскользнул пафос.

Последовавший за ее словами тяжелый удар привлек всеобщее внимание. Это Синти стукнулась лбом о парту, да так и осталась сидеть в такой позе.

— Добейте меня, — прошептала она. — Неужели, еще одна задумка госпожи де Лорен?

— Синти, что с тобой? — у Доротеи был весьма удивленный вид.

— Я устала. Почти два месяца сплошной учебы.

— Без выходных и без отдыха после ужина, — вторила ей Саманта. — Честно, я наделась если не на отдых, то на послабления точно.

— Нет, девочки! — официальным тоном продекларировал я, подражая нашему преподавателю по малефицистике. Он отличался своим казенным голосом, свойственным для клерка из какой-нибудь Канцелярии. — Помирать, так помирать!

Доротея хихикнула, и вдруг ее лицо стало серьезным.

— Да, я слышала. Говорят, вы учитесь по совершенно новой методике, которая в будущем позволит значительно усовершенствовать учебный процесс. Мигель с седьмого курса утверждает, что эта методика учитывает возможности учащихся каждой конкретной группы

— Кто ее придумал? — со вздохом задал Содер риторический вопрос.

— Геббельс!

— Какой Геббельс? — возмутилась Саманта. — Ее моя тетя придумала!

— Знаю, знаю, — поднял я руки. — Это я так сказал, к слову. На самом деле твоя тетя куда круче Геббельса.

— Именно! — горделиво вскинул подбородок Саманта, даже не подумав уточнить, кто же такой, этот Геббельс.

Содер покраснел, едва сдерживая смех.

— Все? Наговорились? — спросила Доротея.

Все мгновенно притихли, и она продолжила:

— Раз уж вы не догадываетесь, расскажу подробнее. Вы уже знаете, что перед окончанием учебного года между Академиями всех десятки королевств происходят соревнования, в которых состязаются наиболее преуспевающие студиозы. От каждого курса выбирают четырех наиболее преуспевающих студиозов, трое из которых непосредственно участвуют в соревнованиях. Четвертый является запасным. Ну? Теперь-то догадались, какую новость я вам принесла?

Доротея обвела нас многозначительным взглядом.

— Выбрали кого-то из нас? — тихо спросила Синти.

Только бы не меня, молил я. Только бы не меня! Дел, связанных с подготовкой к экспедиции в Проклятые земли невпроворот. Собрать снаряжение, подобрать одежду, все сложить. Ту же книгу Зула мы еще не дочитали до конца! Хромой это за нас не сделает.

— Да! От первого курса, впервые в истории всех существующих Академий, поедут студиозы из одной учебной группы одного факультета! — громом среди ясного неба прогремело известие Доротеи. — Вы!

— Уи-и-и-и!!! — обрадовались Саманта и Синти.

Они вскочили со своих мест, и обнялись. Блин! Я почему-то думал, что они расстроятся.

— А вы чего не радуетесь? — поинтересовалась у нас Дора. — Это же высшая честь для любого студиоза, представлять свою Академию на Весенних соревнованиях!

Мы с Содером, не сговариваясь, поднялись, и заключили друг друга в объятия.

— Уи-и-и-и!!! — на всю аудиторию прошипел я, после чего мы отлепились друг от друга, и уселись по своим местам.