***

— … таким образом, я надеюсь, что мы выйдем на новый уровень. Я созвонилась с парочкой проверенных коллег из Лондона, и после длительных переговоров мне всё-таки удалось заполучить контактные данные нескольких топовых европейских авторов. Жду их подтверждения о сотрудничестве и тут же подключу наш юридический отдел, – отчитываюсь я о последних своих значимых действиях и замолкаю, чтобы услышать мнение генерального.

Мы находимся на общем отчётном совещании по итогам деятельности отделов компании. Почему-то всегда мне отводится последняя очередь выступать перед директором. И когда уже все сидят отмучившиеся и расслабившиеся, моя пытка в самом разгаре. Уже наступил вечер, и мозг туго соображает. А тут внезапно планёрку назначили. Барсов-старший решил устроить эффект неожиданности. Благо, я образцовый работник, и у меня всегда на такие случаи начиркан черновик. А вот судя по невнятному мычанию Игоря и Гены, их застали врасплох.

— Уже? – удивляется Марк Миронович. – Продуктивно, Мила Андреевна. Хвалю. Я уже говорил вам, но скажу ещё раз. Я ценю, когда сотрудники вкладываются в работу с полной отдачей.

Сдержанно улыбаюсь, хотя хочется запрыгнуть на стол и трясти от радости попой.

Не по статусу.

Ловлю проницательный взгляд Евы и еле сдерживаюсь, чтобы не расхохотаться. Подруга меня знает. Это на людях я невозмутима и бесстрастна, а с родными ни в коем случае себя не сдерживаю. Хочу прыгать – прыгаю. Хочу кричать – кричу. Хочу задрать майку и показать грудь – задира… а, нет, до такого ещё не доходило.

— Так, ну всё, – закрывает перед собой бумаги генеральный. – Ожидал лучшего, а вы как всегда. За что ты деньги получаешь, Богатырёв? – обращается к Глебу. – Я тебе ещё пару дней назад сказал, что камера в лифте барахлит, и бугаи твои у входа спят. Где результат? А ты, Березин? Вместо того, чтобы по кабакам вечерами тусоваться, лучше бы мне финансовый план предоставил. Бездари! Ей-богу, будто с дилетантами имею дело!!

На поверхность стола с шлепком опускается крупная ладонь директора, и следом раздаётся его же тяжёлый вздох.

— Ты виноват, Ян! – поворачивает хмурое лицо к притихшему сыну.

— Как и всегда, – насупясь отзывается Барсов-младший.

— Что, сложно было проследить за ними?

— У меня есть кого контролировать, – отражает предъяву босс, мазнув по мне коротким взглядом.

За последние два дня это первый раз, когда мужчина открыто взглянул мне в глаза.

После того инцидента в моём кабинете он просто развернулся и ушёл, напоследок хорошенько хлопнув дверью.

Сейчас я и не смогу вспомнить, как тогда собрала остатки достоинства и продолжила работать до конца.

Прошло уже пару дней. И за это время я успела несколько раз столкнуться с назойливым Тимом, поджидающим меня около подъезда и даже один раз у входа в офис. Но зато ни разу не увидела Яна Марковича. До сегодняшнего дня ему удавалось скрываться от меня. Хотя Эля докладывала, что босс на месте. Но стоило мне проложить путь в его приёмную, чтобы передать на подпись бумаги, его секретарша преграждала дорогу и подчёркнуто официальным тоном заявляла, что мне вход воспрещён.

А я что? Я и не навязывалась.

Топала себе спокойно обратно в кабинет. Ну как спокойно…

В груди противно ползал червяк и кусал каждый раз, когда я вспоминала о Барсове.

Отпор-то я дала. Но почему тогда в душе такой осадок? Почему чувствую себя виноватой? Это же я жертва обстоятельств. Это меня зажали в углу и захотели воспользоваться.

Это меня смешали с низкопробным товаром, не удосужившись приглядеться и распознать человека.

А я, между прочим, впечатлительная натура.

До сих пор хожу, как неприкаянная. Не могу ни на чём сосредоточиться и постоянно думаю о его глазах, прежде чем он развернулся и оставил одну. Неудовлетворённую. С чумной головой и с тяжестью в груди.

Хотела его от себя отгородить, а в итоге расстроена, что он на меня даже не смотрит.

Где логика?

Её нет.

Я беспросветная дура.

Надеюсь, это лечится…

— … Мила Андреевна?

— А? Что? – несколько раз моргаю и всматриваюсь в лицо генерального, пытаясь понять, о чём он мне говорит. – Простите, Марк Миронович. Я задумалась. Не могли бы вы повторить то, что сказали?

— Я говорю, задержитесь, пожалуйста. Мне нужно с вами кое-что обсудить, – вежливо повторяет мужчина, и не на шутку напрягаюсь.

Ну всё. Уволит – как пить дать. Барсов точно решил со мной не связываться и настоял об увольнении.

Не дала – паршивая овца и не место тебе среди… барсов.

Сдал с потрохами отцу…

Натужно улыбаюсь и киваю, оставаясь на месте, в то время как остальные спешно собираются свалить и не стать ужином генерального.

Поднимаю глаза на Яна Марковича, но натыкаюсь лишь на его плотно сжатые губы и пустой взгляд в сторону.

— Тебя, Ян, тоже попрошу остаться, – кладёт свою руку на плечо сыну директор.